Так становятся звёздами

Хотелось бы верить, что мнение Торна может что-то изменить, но на самом деле Гаитэ понимала – раз император принял решение, вряд ли просьба сына его остановит.

Да это и правильно. Мир стоит выше чувств.

Ещё бы его, этого мира, ещё суметь добиться!

В небе не было ни просвета. Оно, казалось, вот-вот совсем упадёт на город и поглотит его в водной пучине. Было слышно, как где-то рядом хлопает ставень от напора ветра.

– Ваш отец разрешил мне встретиться с матерью, – медленно проговаривая слова, поделилась Гаитэ.

– Это ведь хорошо? Или вы не рады?

Глава 12

Заручившись у императора верительной грамотой, предназначенной обеспечить беспрепятственный вход в крепость Бёрст, Гаитэ отправилась с визитом к Тигрице.

Дворец окружала широкая площадь овальной формы, украшенная мозаикой. Несмотря на запреты, обычно здесь шла бойкая торговля всем подряд, от ладана и свечей до специй, но сегодня непогода всех разогнала по домам. Под порывами ветра и низким серым небом всё выглядело неприглядно и уныло: площади, украшенные позолоченными изваяниями на длинных столбах, триумфальные арки, широкие улицы, мощённые мрамором и даже разодетые в шелка вельможи, изредка попадающиеся на пути.

Ливень, длящийся несколько дней, всё окрасил серым: роскошные портики дорогих лавок, колоннады вдоль домов, многочисленные статуи совершенных форм, фонтаны, многоэтажные дома со светлыми, пастельных тонов, фасадами и окнами.

Воздух сделался прохладным настолько, что при дыхании изо рта вырывалось облачко густого пара.

Негромко поскрипывала вывеска над какой-то лавкой.

Запертые ворота на западной стороне города сторожила городская стража, но благодаря императорскому приказу карета беспрепятственно их миновала.

Чуть в стороне мглились кудрявые силуэты садов во внутренних двориках дворцов знати.

Лошади время от времени всхрапывали, когда под их копытами начинала чавкать грязь.

Всё было зыбким, неустойчивым сквозь пелену моросящего дождя. В воздухе словно висела мгла. Гаитэ зябко куталась в шёлковый плащ, жалея об отсутствии в карете жаровни. Какого приходилось тому, кто в такое время вынужден был пребывать без укрытия думать не хотелось, а таковых, без крова и тёплой одежды, увы, в Жютене было не мало.