Так становятся звёздами

– Но мой жених – Торн…

– А мой маршал – Сезар! Я вас не на свадьбу отправляю, а на переговоры! И если всё пойдёт ни к чёрту, вместо слов зазвучат пушки и никаких вам тогда свадебных фанфар! И впредь не смейте мне перечить, ясно?!

– Да, ваше величество, – склонила голову Гаитэ, трепеща.

Она всегда плохо переносила, когда на неё повышали голос.

– Ступайте. И постарайтесь найти нам друзей среди врагов. В качестве приятного бонуса можете навестить вашу матушку, – смягчился Алонсон. – Попробуйте заручиться её советом и поддержкой.

– Да, ваше величество.

Алонсо протянул руку со зловеще мерцающим перстнем. Гаитэ оставалось лишь преклонить колено, что она и сделала.

– Мы выражаем соболезнования вашим утратам. И желаем удачи в вашем предприятии, поскольку оно и наше тоже. В случае успеха благодарность будет соразмерной.

Аудиенция была закончена.

Пятясь, Гаитэ вышла из малого тронного зала.

Она чудовище? Она должна обрадоваться? Наверняка, должна. Алонсон разрешил ей увидеться с матерью, разрешил вернуться на свои земли. Но она пойдёт туда с вражеской армией и с известием о смерти двух генералов Рэйва.

Её люди должны будут ненавидеть её. Мать ненавидит её. Весь мир ненавидит её!

А она вынуждена тащиться через всю страну с человеком, от которого каждая клеточка её тела желала бы держаться подальше.

Дождь продолжал лить. Поливал, не переставая.

– Отец сказал что-то, что расстроило вас?

Эффидель словно поджидала её. Возможно, так оно и было – поджидала.

– Он желает, чтобы я отправилась в Рэйвдэйл, вместе с вашим братом.

– С Сезаром?

– Да, – обречённо кивнула Гаитэ. – И это тогда, когда мне начало казаться, что я начинаю достигать хоть какого-то взаимопонимания с Торном.

– Торн расстроится, когда узнает.

В голосе Эффи не прозвучало ни тени сочувствия старшему брату. Кажется, она была довольна тем, как складываются обстоятельства?

– На твоём месте я бы только обрадовалась. С Сезаром ладить гораздо проще, – прощебетала Лисичка. – Он иногда жесток с мужчинами, но с женщинами – никогда. К тебе он будет добр, я знаю. Не следует его бояться.

– Я его не боюсь.

Вздохнула Гаитэ, вновь устремляя взгляд на струи косого дождя.