Так становятся звёздами

Кого в том винить? Его? Или – себя? Гаитэ, с её развитым чувством ответственности и комплексом вины, больше склонялась ко второму.

Сезар, опытный волокита, не мог не заметить её чувств и, со свойственными ему поспешностью и самонадеянностью, не трактовать их самым лестным для себя образом. А теперь, когда в своих фантазиях он практически получил всё, неминуемый отказ Гаитэ не может не вызвать какую-нибудь очередную вспышку, дикую выходку с его стороны.

А впереди встреча с Торном. И хотя всё, в чём Гаитэ могла себя упрекнуть, это сердечная слабость, проявляющаяся лишь в душевных терзаниях, а не в поступках, она чувствовала себя так, словно предала его.

Да, кто-то скажет, что глупо с её стороны вообще этим озадачиваться. Торн далеко не агнец, и уж кто-кто, а он, почувствовав зов плоти или сердечный жар, сдерживать себя точно не станет. Возможно именно сейчас, когда она терзается угрызениями совести, он принимает очередную любовницу на своём ложе и Гаитэ ещё повезёт, если к ней же не придёт с печальными последствиями своей неразборчивости.

И всё же она ничего не могла с собой поделать – чувствовала себя изменщицей и предательницей.

Наверное, было бы проще, испытывай Гаитэ к Сезару лишь простое вожделение. Но всё обернулось гораздо хуже. Уж скорее под определение «похоть» походило то, что она приняла за любовь по отношению к Торну – восхищение красотой и наслаждение, что она испытала в его объятиях. А душе в этом союзе всё время чего-то не хватало.

С Сезаром, несмотря на все его недостатки, Гаитэ чувствовала себя иначе.

С ним было то, что глубже и сложнее похоти – то самое созвучие, гармония, которые никогда не достигаются искусственным путём, которые идёт словно бы от истоков самой природы, как данность – либо есть, либо нет. Ни привычка, ни искусственное выстраивание отношений, ни многолетнее сожительство этого не дают.

Наверное, такое полное созвучие, совпадение с другим человеком, непрерывная тяга к нему и называются любовью?

Какая ирония судьбы! Так ошибиться с выбором!

Но так или иначе, Гаитэ дала слово Торну.

А Сезар, номинально или нет, женат на другой женщине. Как бы не пела душа, как не рвалась бы к нему – этот союз невозможен.

Может быть с Торном Гаитэ никогда не познает всей полноты счастья, но совершенно без сомнения, если поддастся своей слабости, не только она сама, но и другие смогут испить несчастья и бесчестья полным ковшом.

Лунный свет и мужчина, созданный для неё. Такой близкий и – такой недоступный.