Так становятся звёздами

– А мы друзья?

– Пощадите их! Я прошу вас! – выйдя из себя, Гаитэ повысила голос. – Вы хотели, чтобы я поверила в ваши чувства ко мне? Так докажите, что я значу для вас хоть немногим больше вашей пряжки на башмаках или стакана выпитого вина! Воспринимайте моё желание как причуду, каприз, глупость – но оставьте им жизнь! Умоляю!

Они оба говорили тихо, так, что услышать их было практически невозможно. Хотя двое в клетке, безусловно, пытались. Даже шеи вытянули. Картина могла бы быть комичной, если бы речь не шла о смерти.

Тут у кого угодно уши, как у осла, вытянутся.

– Умоляете? Вы ведь не из тех, кто легко о чём-то просит, – тихо выдохнул Сезар.

Откинув голову, он, прищурившись, изучающе смотрел на неё сверху вниз.

– Мне интересно, если бы речь шла о вашей собственной жизни, просили бы вы меня о помиловании с таким же жаром?

– Вряд ли.

– Что вам помешало бы? Гордость?

– Скорее, застенчивость, Ваша Светлость.

– Вы не перестаёте меня удивлять. Такая хрупкая и такая храбрая, вы наивны до глупости.

Но, будь, по-вашему. Я пощажу их.

Глаза Гаитэ загорелись благодарностью:

– Правда пощадите? Вы ведь не обманите меня? Не стане играть в ваши любимые игры в коварного кота?

Слова вырвались у неё стремительным потоком, прежде, чем она осознала смысл того, что говорит.

– В коварного кота? – от удивления прищуренные глаза Фальконэ распахнулись.

– О! Простите. Мне не следовало так говорить. Но иногда вы действительно напоминаете мне это красивое и жестокое создание.

– Нет. С вами я играть не буду.

Но с ними наиграюсь досыта. Если вы не даёте мне насладиться, пустив кровь этой падали, которую вы называете преданными вам людьми, позвольте не отказать себе в удовольствии, продемонстрировать вам их гнилое нутро в полной мере?

Сезар двинулся к клетке. Зависнув над ней, постучал по металлическим прутьям:

– Ну что, пташки? Решились выбрать?

– Я! Я скажу первым! – затараторил Петруччи, хватаясь за прутья решётки и заискивающе глядя высокомерного Сезара.

– Говори, – снисходительно кивнул Сезар, бросив в сторону Гаитэ насмешливый взгляд.

– Только громко, чтобы даме не пришлось напрягать слух.

– Я знаю тайну!

– Какую? – в растяжку протянул Сезар.

– Император Варка финансирует заговор с целью отравить вашего отца.

В темнице повисло тяжёлое молчание.

Гаитэ с трудом перевела дыхание, понимая, что, если пленники продолжал в том же духе, их уговор с Фальконэ может треснуть, как орех, разлетевшись вдребезги.

– Говори, – тихо потребовал Сезар.