Так становятся звёздами

Не станем угрожать дважды – угрозы, неподкреплённые действием, слабнут. Как только приблизимся к Западным Землям, требуем беспрекословного подчинения.

– А у нас достаточно людей для таких действий? – возразил один из генералов. – Мы подготовлены для небольших карательных операций, но наша армия не в состоянии укрощать Ревьер.

– Ах, мой друг, – покачал головой Сезар со зловещей усмешкой. – Вы недооцениваете мои таланты.

– Просто вы молоды, Ваша Светлость. Простите мне мои сомнения, но я сомневаюсь…

– В чем? – с угрозой в голосе протянул Сезар, разваливаясь в кресле и встряхивая своей чёрной гривой.

– В том, что мой план по укрощению мятежных провинций достаточно хорош? Дорогая сестрица, – развернулся он всем телом в сторону Гаитэ, сидящей по правую его руку, – у вас, кажется, появился сильный союзник. Спешу представить: Ферасио Корнеза, как и вы, считает, что мои амбиции мешают мне командовать армией.

– Я такого никогда не говорил, Ваша Светлость, – поспешно открестился генерал.

– Конечно, не говорили.

Вы слишком осторожны и осмотрительны, чтобы сказать мне прямо в лицо, то что думаете.

– Ваша Светлость, я уверен, что думаете вы исключительно об интересах Саркассора, – на лбу генерала, пересечённого тремя горизонтальными морщинами, выступили капельки пота.

«Он что? Боится? – пронеслось в голове у Гаитэ. – Чего? Не опасается же сеньор Корнезе, что Сезар вызовет его на дуэль прямо здесь?».

– Интересы Фальконэ и интересы Саркасора – одно!

Сезар не сводил с генерала тяжёлого, презрительного взгляда.

– Чем сыпать лестью, Корнеза, свяжитесь-ка лучше с нашими шпионами в Рэйве.

Перехватив взгляд Гаитэ, Сезар поднял бровь в уже знакомой, даже ставшей привычной, манере:

– Да, сеньорита, наши шпионы есть везде. И среди преданных вашей семье людей – тоже, – он перевёл взгляд на Ферасио Корнезе, обращаясь уже к нему. – Я хочу знать о размерах, силах, преданности войск Рэйва. А вы, сеньорита, не огорчайтесь. Ничего не едите? Нет аппетита? На вашем месте я бы не был столь разборчив.

Кто знает, когда нам в следующей раз подадут такую сочную, хорошо прожаренную утку?

– Это индюшка, Ваша Светлость, – не моргнув глазом, поправила Гаитэ.

– Индюшка?.. – удивлённо приподнял голову от тарелки один из военачальников. – Помилосердствуйте! Какая же это индюшка? Это самая настоящая утка!

Сезар громко рассмеялся, приподнимая бокал с вином:

– Индюшка или утка – неважно. Главное, что мясо её нежное и белое. За дичь! – отсалютовал он и остальные подхватили.