Моё кино. 24 кадра в секунду

Я шёл к любви как к месту казни,

В помаде женской как в крови.

Болезни я не знал заразней

И смертоноснее любви.

Не помогали мне прививки,

И не спасал презерватив,

Но я снимал густые сливки,

Соперников опередив.

Я брал любовь у женщин через

Мои страдания и боль.

Я был не раб, не просто челядь,

А их возлюбленный король.

Любил я по своей охоте

Никто со мною не скучал;

И женщин тех, кто были против,

Я в молодости не встречал.

Порой я чувствовал усталость,

Вздремнуть часок я был не прочь.

Сосали самки, что осталось

Во мне, будя меня всю ночь.

Мне нравились ночные тени,

Игрой их был я восхищён :

Они не требовали денег

И не просили ласк ещё.

Но холостяцкою постелью

Гордился я, похоже, зря,

Жизнь прогоняла тень за тенью.

Совсем один остался я.

По комнате плясали тени :

Свет фонарей и свет авто.

Купить любовь не мог без денег.

Бесплатно не давал никто.

С букетом комнатных растений

Я жду всех женщин и тебя.

Но в гости явятся лишь тени,

Не обнимая, не любя.

Было холодно. Стало тепло

Было сыро. Теперь уже суше.

Словно с крыши из глаз натекло

Под окном твоим тёмные лужи.

Но закончится ливневый дождь.

Кто-то снова тебя пожалеет.

Ты, умытая ливнем поймёшь,

Без любви жить ещё тяжелее.

Она в любви моей тонула

Продлить страдания моля,

В глаза мне только заглянула,

Я понял, что она – моя.

Уверен был: она утопла

В моей любви как в море грёз,

Но кто-то спас её и тёплой,

Живою на руках унёс.

Я жду её. Мне очень жалко.

Она в другого влюблена;

И плещется в реке русалка,

Зовёт, но это – не она.

ххх

Тебе открою душу настежь

Как тёплою весной окно.

Смотри, копейки не потратишь,

А интересней, чем в кино.

То я играю роль убийцы,

То неудачника, то знать.

Искусно я меняю лица.

Так, что меня нельзя узнать.

Готовлю замысел кровавый,

Предательство, насилье, ложь.

Но ты войдёшь. Из пальцев правой

Руки я уроню мой нож.

Разделась ты, и я разделся

В постели встретили весну.

Я голосом твоим согрелся,

Под шёпот ласковый уснул.

А год спустя страсть стала постной,

Убил любовь семейный быт.

Казалось мне, влюбиться просто,

А ещё проще разлюбить.

Ещё полгода пролетело,

Мы стали холодны как смерть.

Плоть, что от шёпота горела,

Теперь не мог я в зной согреть.