Жемчужина императора

Потому русалка лишь подняла в воздух тысячи капель лёгким взмахом руки — она не собиралась нападать, но давала понять, что в любую секунду морская вода может приобрести форму острых игл, способных мгновенно прервать хрупкую человеческую жизнь.

Нианзу поражённо наблюдал за покачивающимися в воздухе каплями, вбирающими в себя лунный свет. В следующую минуту он обнаружил себя стоящим у края бассейна с восхищённой улыбкой на лице. Он бы хотел показать прекрасной русалке силу дракона, но ей обладал только старший в императорском роду.

Юноша испытывал смесь изумления с преклонением — обладая такими способностями, русалка, тем не менее, не причинила ему вред. Она словно терпела всё это время, в ожидании чего-то. Или кого-то…

Капли вихрем закружились в невесомости и медленно опустились на его протянутую ладонь. В ночной тишине это казалось чем-то настолько интимным, что Нианзу смутился.

Русалка ласково улыбнулась принцу, когда он сел на мраморную плитку пола и взглядом по-детски невинных глаз попросил показать ещё одно маленькое чудо.

Никто из них не промолвил ни слова, но они понимали друг друга так хорошо, словно были знакомы не один год. Околдованные друг другом, обитатели моря и суши лелеяли каждый миг, проведённый вместе.

Покидая с рассветными лучами зачарованные покои, принц твёрдо решил освободить русалку из заточения, даже если это будет стоить ему жизни.

Тогда он ещё не знал, что император, прознав о его знакомстве с пленницей, в тот же день вышлет сына из столицы…

≉

Шестой месяц по лунному календарю в Первой Империи считали месяцем лотоса.

Любуясь водными лилиями, в прошлом принц Нианзу — а ныне взошедший на трон император Шан, — наслаждался прохладой возле лотосового пруда.

Двадцать три года назад мужчина и представить себе не мог, что окажется сосланным из столицы жестоким отцом, а после многих жизненных испытаний станет генералом императорской армии — самой величайшей армии мира.

Нианзу покачал головой, отгоняя назойливые мысли — в них не было злорадства, лишь жалость и сожаление. А ещё слабая искра надежды, что она осталась в живых, что смогла сбежать из этого кромешного ада — подальше от придворных интриг и алчных до наживы людей.