Переполох в Академии Сказок

Переполох в Академии Сказок

Анастасия Гудкова

Глава 1. В Трипятнадцатом царстве

Третью весну неспокойно было в крошечной деревушке, что на самом краю Трипятнадцатого царства. И домов-то тут было, почитай, с пару дюжин, да съезжались сюда самые завидные женихи. Бывали и юные совсем, тощие, угловатые, с едва пробивающимися светлыми бородками, а бывали, напротив, статные бывалые мужи с проседью в висках. Причина же мужского безумия озадаченно грызла кончик пера, с трудом раздобытого на ярмарке, и с опаской выглядывала из сарая.

Едва след жениха простыл, Василиса осторожно высунула голову из сарая, где с той самой Зорюшкой пряталась, и тотчас была схвачена за руку отцом. За его спиной обнаружилась и матушка, стоящая в той самой позе, когда лучше бежать с глаз её долой: крепкие руки в бока уперевши и губы поджав.

— Опять спряталась! — воскликнул батюшка.

Василиса лишь голову подняла, да выпрямилась, плечи расправила.

— Да неужто, батюшка, ты бы меня за него замуж отдал? — возмутилась она.

— И отдал бы, как есть отдал! Сколько можно в девках сидеть, а ну как этот последний?!

— Да хоть бы и так! — махнула рукой Василиса. — Говорила же, батюшка, не желаю быть супружницей мужа знатного, вмиг и книги мои отберёт и вообще...

— Вот дурная девка, — вздохнул отец. — Толку от книжек твоих? Лучше б матери с курями помогла, да свиней покормила. А ещё лучше — замуж бы пошла уже, тогда глядишь, не пришлось бы и нам спину гнуть.

— Разве ж ты не слыхал? Жена ему нужна покорная, да молчаливая. Чтоб детишек рожала без счета, а на глаза показывалась, только коли позовёт. Неужто такой участи ты для меня желаешь?— отчаянно воскликнула девица.

— Василисушка, — не утерпела матушка, заметно помягчев, едва приметила блестящие слезы в уголках глаз дочери. — Так в том доля наша женская, быть у мужа в услужении.

Всхлипнула Василиса, да рукой махнула, твёрдо уверившись, что едва ночь темная наступит, соберёт она книги свои, да перо с бумагою, сбежит от тяжкой участи быть молчаливой мужниной женой. Туда сбежит, где умной девице слово сказать не постыдно.

*******

— Луша! Луша! — шептала рыжая востроносая девчушка в сарафане цвета лежалой травы. — Ну где же ты? Ой!

— Тссс, — приложила палец к губам такая же огненноволосая девица, выбираясь из придорожных кустов.