Грани миров. Пленница тирана.

Они зачали своего мальчика пред ликом звезды, и Вату благословил их, подарив сильного и смелого воина, каких ещё не видел Роглуар со дня последней демонической битвы.

Каждый раз, когда Таймара зажигалась аккурат над башней Страха, император вспоминал Вату-раа и свою драгоценную Малану, отдавшую жизнь за наследника. Императрица вскрыла себе живот, чтобы непомерно крупный младенец смог появиться на свет. Ветра стонали всю ночь, оплакивая её и приветствуя будущего правителя Дей-Айрака. Каждый придворный империи знал, что рождение наследника благословил сам Вату, а его вечная спутница — кровавая звезда, дала ему имя.

Глава 4 Таймар

Разве мог он знать, чьим мечом суждено ему стать?

Разве мог он избрать другую судьбу, будучи рождённым для этой?

Сон не шёл к Таймару. Всю ночь он проворочался, пытаясь унять волнение. Перед отцом и своими воинами он хорохорился, но на деле значимость этого похода, словно наждак, стачивала его уверенность.

Если они с Огайрой не сумеют восстановить артефакт, гражданская война грянет над их головами пушечными выстрелами.

Ни сами ядра, ни те, кто будет их заряжать, князя не страшили, – он дышал боями, как воздухом. Лишь в схватках он чувствовал себя по настоящему живым, горящим… Он, но не его мирные крестьяне, которые готовились собирать урожай с полей.

Переворачиваясь с одного бока на другой, Таймар вспоминал последний разговор с отцом и ухмылялся. Деорак корил его за предвзятость к Бычьему острову и неспособность радеть за всю империю в целом.

Но сам, по мнению князя, в этот поистине тревожный час продолжал грезить химерами. Таймар знал, что император одержим идеей завоевания Валамара. Он мог не напоминать ему об этом сейчас, но в его взгляде читалось полоумное вожделение.

Князь был убеждён, что отец посылал его в этот сомнительный поход не только ради починки сатон-му, но и во имя иной, тщательно завуалированной цели. Император хотел, чтобы сын узнал способ проникновения в Валамар и выяснил, можно ли захватить там какое-нибудь княжество.

Отец всегда твердил Таймару, будто Вату даровал ему жизнь с одной только целью: чтобы он свершил самый грандиозный переворот в срединных мирах — раз и навсегда поставил зазнавшихся валамарцев на место. Вот только сам Таймар не разделял отцовской одержимости чужими мирами.

Рассказы о городах Валамара с их сапфировыми, рубиновыми и алмазными дворцами, утопающими в зелени, не трогали наследника.