01. Вопрос Жизни и Смерти!

Эта мысль была настолько навязчивой, что вплеталась в любое его суждение. Цезарь старался не думать вовсе. Глубоко вздохнув, он потёр глаза. Ведь Смерть прибыл по его душу…

Оказавшись незримой фигурой на этом пиршестве, Смерть сильнее сжал рукоять орудия, ибо не было в комнате спокойной человеческой души. Каждая нить дрожала. И первым должен был умереть Цезарь.

«Где же ты?» — подумал Смерть, ища глазами предателя и убийцу. «Где же этот наёмник, что начнёт хаос?» Ведь после того, как умрёт Цезарь, народ поднимет восстание, начнётся кровавая бойня, анархия и абсолютный разгром.

И всему этому будет причиной убийство Гая Юлия — как первый упавший камень в домино, как нижняя карточка в бумажном домике.

За столом опять кто-то встал, дабы произнести тост. Речь какого-то сенатора была очень вдохновенной и долгой. Марк Антоний — близкий соратник Цезаря, человек, с которым он прошёл Галльскую войну — подошёл ближе к главе.

— Думаю, время достать тот заветный графин, — тихо предложил он, вспомнив давнее обещание своего друга, что несколько лет назад зарёкся выпить старое вино на торжестве в честь последней победы.

Цезарь лениво согласился. Была почти полночь, а он был ещё абсолютно трезв. Может быть, хоть это поднимет ему настроение. Это как-то неправильно — не радоваться на собственном празднике.

По окончании пламенной речи, в доселе пустой поблёскивающий кубок Гая Юлия слуги налили вино.

— Аве Цезарь! — подняв свои бокалы, сказали присутствующие.

— Аве Цезарь! — сказал Марк Антоний, стоявший по левую руку от своего друга.

Цицерон и Брут, опомнившись, тоже подняли кубки.

— Аве Цезарь! — сказали люди в третий раз.

После чего Цезарь поднялся, постарался улыбнуться и благодарно кивнул. Он поднёс кубок к губам.

И тут произошло то, что встрепенуло, ужаснуло и оживило весь зал. По столу прошёлся испуганный вскрик. Кто-то удивлённо поднёс ладонь ко рту.

В этот миг в Цезаря вылетела стрела.

Но наёмник, что стоял в коридоре возле входной двери промахнулся. Стрела попала в кубок, выбив его из рук диктатора.

Вино расплескалось по белой одежде, слуги, стоявшие рядом, от неожиданности выронили графин. В первый момент покушения было не ясно кровь это или алый напиток.

Часть людей тут же кинулась помогать своему предводителю, но своей заботой они лишь сбили его с ног.

— Стража! — зло крикнул Брут, поднявшись с места.

Солдаты уже занимались этим. Сразу после выстрела они набросились на призрачного стрелка. Но тот, повинно опустив голову, даже не сопротивлялся.