Чийский шёлк

Как она вообще могла?! Зачем согласилась выпить это проклятое вино в зале, а потом соблазнилась на бокал у фонтана? Зачем поддалась подначиваниям Аниты и ушла в сад? Почему, почему граф был так привлекателен? Зачем она моментально превратилась в глупенькую героиню всех этих нравоучительных историй, в одну из тех дурочек, которые, поверив в благие намерения обходительных красавцев, позволяют увлечь себя во тьму — и неизменно оказываются прижатыми спиной к зелёной стене живого лабиринта, веточки и шипы которой больно покалывают спину через слои ткани?

Джейна могла бесконечно винить во всём вино, Аниту и собственную глупость, но сейчас это не помогало — всё могло закончиться очень и очень плохо.

— Пустите! — ещё раз взмолилась Джейна, когда рука графа смяла её юбку.

— Теперь я тебя точно не отпущу, — прохрипел он. — Ты слишком сильно сопротивляешься, сладкая, это кого угодно распалит. — Расслабься, — его пальцы коснулись кожи над чулками, и Джейну словно молнией ударило. — Не ломайся, мы только поиграем чуть более по-взрослому.

Граф отстранился от своей пленницы — но лишь для того, чтобы рвануть на ней тонкую ткань корсажа. Джейна всхлипнула и подумала о последствиях, которые теперь неминуемы — платье было весьма неоднозначно испорчено. Тут уже речь не только о ношении устаревших нарядов с плеча сестры. Тут пахнет совсем другим скандалом.

— За что? — вскрикнула она. — За что вы так со мной?

— Больше страсти, милая, — цинично сказал он, игнорируя вопрос. — Ваша подружка сказала, что вы умеете её проявлять, когда нужно.

— Что? — попыталась спросить Джейна, но только промычала что-то невнятно, потому что её опять целовали. И сейчас ей это категорически не нравилось.

Она попыта­лась царапаться и кусаться, но только усугубила ситуацию. Граф с шипением отстранился и, когда Джейна попыталась позвать на помощь, хлёстко ударил её по щеке.

— Бесполезно, милая, — его губы с жадностью впились в её шею.

В этот момент Джейна действительно готова была упасть в обморок от страха, но мелькнувшая в тусклых отсветах одинокого фонарика за углом тень человека дала ей иллюзию надежды.

— Помо... ммм... — попыталась девушка и тут же была прервана очередным грубым поцелуем. Пальцы графа болезненно стиснули шею, не давая двигаться и грозя оставить синяки на коже.