На пороге неба II

Интересно, где Чери?

— Почему мы опять на «вы»? — вместо ответа деловито осведомился Армин, присаживаясь рядом.

— Некоторые тут властью учительской злоупотребляют. Как к ним по-дружески обращаться? Только с почтением, и только на расстоянии!.. — сухо продолжила я, отворачиваясь от него.

— Какая мелочность… а вроде такая милая юная дева. — Попытка пристыдить меня не засчиталась, он в это время улыбался.

— Мелочность?! Добавь еще: злопамятность и раздражительность, — кивая, подтвердила я, но тут, наконец, вошла Чери с подносом, прервав нашу язвительную перебранку.

— Айон, радостного утра тебе. Так тебя вчера нашли братья? — спросила она, но тут увидела в кресле учителя и побледнела.

Я перевела ее внимание на себя:

— Радостного утра, Чери! Нашли.

Потом повернулась к учителю и раздраженно прошептала:

— Армин, вот что я на самом деле не могу простить и понять, что ты сделал с… — Я кивнула в сторону Чери.

— А чего такого? — непонимающе отозвался он, поднимаясь из кресла, чтобы дотянуться до тарелки с угощением.

Тут из ванной прибыли братья. Чери в шоке отступила.

— Да что с ней творится? Она же нас уже три раза видела! — не понял Дик.

Меня раздражала эта ситуация, я все же попробовала ее исправить:

— Чери, познакомься. Это мои братики. Лео и Дик.

Братишки поклонились девушке, она вежливо ответила:

— Рада познакомиться. Много о вас наслышана… Лео и Дик… — пролепетала Чери и покинула мои апартаменты.

— Надеюсь, она не зайдет сюда еще раз, надоело наблюдать за этой церемонией. Они знакомились уже три раза… — невозмутимо пробормотал Армин, нагружая в свою тарелку сосиски.

Я измерила его недовольным взглядом и отвернулась.

Завтрак прошел не так весело, как хотелось. Дик и Лео оделись и ушли, пообещав, что в первый выходной, который будет после соревнования между академиями, мы целый день погуляем вместе.

Когда они вышли за дверь, Армин возмутительно положил мне на плечи руку:

— Ну что, мелочная, злопамятная и раздражительная, пойдем? У нас скоро соревнования, надо доделать все штрихи, чтобы получилось идеально.

Я скинула его руку и вздохнула:

— Как скажете, учитель.

Он рассмеялся.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Игнир

Вот и пришел день N. Моих учениц, участниц соревнований усадили в огромные экипажи и перевезли в боевую академию. Я переправился сам, но чуть позже.

Кругом радостно гудела толпа.