Танцы на Цепях

Сорвалась немного, когда увидела Ш’янта впервые, но взяла себя в руки очень быстро.

Если я уберу плетение, она слетит с катушек. Может стоит оставить все, как есть?

– Пожалуйста…– ее голос хлестнул по коже, как разряд молнии. – Мне больно.

Девчонка разговаривала во сне и едва ли понимала, что происходит.

Один рывок, еще один. Серебристые ленты трещали под когтями, разлетались в стороны магическими лохмотьями и с каждым новым рывком выжимали из хрупкого горла новые и новые стоны и всхлипы. Ш’янту казалось, будто он ее убивает, рвет на части, оставляет отметины, которых никто никогда не увидит.

– Вот и все, – пробормотал он, отшвыривая в сторону остатки мелких плетений.

Она плакала навзрыд. Беззвучно. И совершенно точно уже не спала, только смотрела на него с такой тоской, что сердце бы не дрогнуло только у каменной статуи.

Сколько же в ней слез, во имя мрака…

Всхлипы превратились в тихие подвывания, с губ срывались мольбы и вопросы, проклятья и чьи‑то имена. Девчонка зажмурилась и не могла сдержать рыдания, только кусала костяшки пальцев и прятала лицо в подушке.

– Эй…– когти перчатки прошлись по шелку волос. – Не плачь так, не нужно.

Он укутал ее безвольное тело в одеяло и усадил на колени. Минуты тянулись в бесконечность, а Ш’янт покачивал и баюкал девчонку, как маленького ребенка, а она, кажется, слезами промочила его одежду насквозь. Тонкие ручки цеплялись за его шею, ногти впивались в плечи, а всхлипы становились все тише, и вскоре малявка уснула снова, уткнувшись лицом в его грудь.

– Все пройдет, мелкая. Все всегда проходит, – бормотал Ш’янт, с наслаждением прижимая к себе подрагивающий сверток.

Когда он удостоверился, что девчонка крепко уснула, то уложил ее на место и подошел к ближайшей тени.

Стоило только коснуться расплывшейся на стенах черноты, и та радостно распахивала темные объятия. За границей, отделявшей комнату от неизвестности, не было цветов. Там, по сути, вообще ничего не было. Очертания предметов – сверкающие белые линии – вычерчивали стол, кровать и окно на чернильном холсте.

Если рядом с кроватью есть тень, то можно одним движением мысли переместиться туда и посмотреть на девчонку сквозь странную призму бесцветности.

Это вообще было чарующим зрелищем. Ш’янт не знал, все ли люди выглядят так, но мелкая напоминала прозрачную люзовую статуэтку, наполненную золотистой жидкостью.