Танцы на Цепях

Именно эти стремления стоило вложить в нее.

Ворота города быстро приближались, уже можно было рассмотреть, как желающие войти и выйти превратились в два тонких ручейка. Один наполнял город торговцами и путешественниками, второй вымывал из него тех, кто отдохнул и решил покинуть гостеприимные стены.

Стражники придирчиво проверяли всех прибывших. Подняли оружие, приказывая остановиться. Лица у двух крепких мужчин, облаченных в легкие кожаные доспехи, были угрюмыми и уставшими.

Тот, что был моложе – рыжеволосый и нескладный – странно ухмыльнулся, не отрывая глаз от девчонки, но стоило ему столкнуться с холодным взглядом Клаудии, как большая часть самоуверенности слетела с юнца и пылью осела на земле.

Май опустила голову и густо покраснела. Недобрые шутки и грубые смешки совершенно сбили с толку. Все, о чем она могла мечтать – поскорее оказаться в гостинице, но Клаудия не торопилась.

– Куда претесь? – грубо крикнул старший. Черноволосый, но уже изрядно полысевший, на затылке жидкий хвостик был перетянут кожаным ремешком.

Смуглое лицо наискосок пересекал лиловый рубец, из‑за чего мужчина выглядел по‑настоящему жутко. В серых глазах – ни капли почтения, хотя откуда ему было знать, кто перед ним, – есть документы на въезд? Без них пускать не велено!

Клаудия достала из складок свободной рубашки желтоватый сверток и сделала шаг вперед.

– Стой, где стоишь! – рявкнул стражник и толкнул вперед рыжеволосого, – Крош, забери бумаги!

– Смотреть будете из рук.

– Ты что же, вай сэлах, удумала спорить?! – стражник аж побагровел от ярости.

Рука оглаживала рукоять клинка, болтавшегося на поясе. Май поняла, что он, не задумываясь, использует его. Крош замер, не понимая, что делать дальше. – Или давай бумаги, или ночуй под стеной!

– Вы смотрите из рук, или на ваши головы падет гнев Пожинающего, – холодно бросила Клаудия, – вы что, ослепли совсем, дуболомы? Или у вас тут с бумагами Синклита каждый второй разъезжает?

Крош зашипел и повернулся к старшему:

– Кордо, нельзя их пускать!

– Рот завали, немедленно! – бросил Кордо.

– А ты подойди. И писулю свою разверни, чтобы я все видел!

Она двинулась вперед, медленно раскрыв письмо. Насквозь поддельное. Оно не выдержало бы серьезной проверки, но стражники были явно не из тех кругов, где хотя бы умели считать до десяти.

Держа лист бумаги так, чтобы Кордо видел печать и текст, Клаудия подошла к нему вплотную и, не отрываясь, разглядывала побледневшее лицо.

Мужчина поморщился, будто перед ними бросили дохлую змею.