Танцы на Цепях

Но крохотный огонек в груди мягко пульсировал, напоминая о том, что реальный мир рядом и ждет ее. Звонкий голосок смелой и решительной девчонки, все это время молчавшей, дал о себе знать.

Та ее часть, что хотела сбежать из особняка, не собиралась больше тихо отсиживаться.

– Бесполезная девчонка, – голос звучал одновременно в голове и вокруг. Он сочился презрением и жалостью. Сложно определить, чего было больше, – весь мир ждет тебя, а ты прячешься как крыса во мраке, моля о помиловании. А должна рваться к свободе!

– Хватит с меня, – пробормотала Безымянная.

– Хватит чего?! Еще ничего не сделано, размазня!

– Прекрати! – она зажала уши руками, – я хочу домой…

Голос сместился, застыл за спиной. Пальцы, похожие на тонкие клинки, впились в одежду. Этого просто не могло быть! Голос принадлежал ей! Он был плодом воображения.

Невидимый собеседник наклонился к уху, горячо зашептал, опаляя кожу прерывистым дыханием:

– Где же твой дом? Кто встретит тебя на пороге? Куда пойдешь? На восток? Или на запад? Или останешься в столице? Нет.

– Я не справляюсь…

– У тебя рядом есть плечо, на которое стоит опереться! Может, перестанешь играть «деву в сомнениях»? Сейчас вы в равных условиях. Ваши жизни зависят друг от друга. Так пользуйся этим! Доверься, пока можешь.

– Довериться существу, отобравшему имя? – бросила Безымянная, недобро усмехнувшись.

– Как бы ты поступила, окажись в такой ситуации? Легко изображать добродетель и праведное возмущение, когда ты можешь есть, спать и наслаждаться жизнью.

– Он мне сам не доверяет.

– Ты залезла в его сны. В его суть! И решила поковырять старую рану, – голос стал тише, – лишь поступки имеют значение. Они не всегда будут тебе нравиться, но иномирец не сделал ничего, что причинило бы тебе реальный вред. Хотя мог бы принудить ко многим вещам. Запудрить мозги, загипнотизировать, делать все, что пожелает. Думаешь, что у него не хватило бы сил? Не замечаешь, как дрожит его тело, стоит только лишний раз прикоснуться?

Голос отстранился.

– Мир куда сложнее, чем тебе кажется. У него тысячи оттенков. Но откуда тебе об этом знать, тепличное создание?

– Ты несправедлива, – тихо проговорила Безымянная, – ты знаешь, как мне тяжело.

– Знаю, – голос смягчился, – но пришло время открыть глаза.

Темнота вокруг утратила плотность, расступилась.

Безымянная сдавленно вскрикнула, взмахнула руками, в попытке найти опору, но пальцы нащупали только расползающуюся влажную мякоть.