Танцы на Цепях

Я прямо чувствую, что они есть.

– Я думаю о Клаудии…

– Ты мысленно меня осуждаешь, да? Можешь не отвечать – я и так знаю.

Безымянная опустила взгляд под ноги, а иномирец поравнялся с ней и подстроил шаг.

– Она предала тебя, как только вошла в твой дом. Когда забрала тебя без объяснений, уже вынашивая план, как отдать Первородной тело. Не учуй я при первой встрече запах кровавки - ты лишилась бы рассудка и воспоминаний. Клаудия уничтожала твое "я", без раздумий травила. Может и сожалела, но «мир важнее». Наивная дура, которая верила в божественную мощь.

Безымянная вздрогнула и исподтишка посмотрела на своего спутника.

Только сейчас заметила, что на нем не рубашка и не куртка в привычном смысле. От шеи до пояса иномирец был перевит широкими черными лентами, уложенными так плотно, что одежда больше напоминала броню. Не было ни узелков, ни застежек, которые держали бы ленты в таком идеальном порядке.

Штаны из плотной ткани, такой же черной, как и ленты, заправленные в высокие сапоги до колена. Никаких украшений, узоров, отличительных знаков. Стальные пластины перчаток мягко поблескивали чуть выше локтя и обнимали руки до самых кончиков пальцев, где вытягивались в острые когти.

Грива черных волос, зачесанная назад, струилась по шее, по бледной коже, не тронутой даже тенью загара. На вид они были жесткими, как люзовая нитка, но проверить нельзя.

– Может мне повернуться, чтобы было лучше видно?

Безымянная вздрогнула и поняла, что уже несколько секунд просто бесцеремонно глазеет, совершенно не замечая, что иномирец рассматривает ее в ответ и самодовольно усмехается.

– Обойдусь! – она вызывающе вскинула подбородок и отвернулась.

– Если захочешь меня потрогать, то просто скажи, – в его голосе было столько едкой насмешки, что Безымянная задохнулась от накатившего негодования.

– Ха! Не ты ли прятал руки за спину, когда я пришла в твою тюрьму? Уж скорее ты захочешь меня потрогать, чем я тебя, иномирец.

В повисшем молчании был отчетливо слышен его тихий рык. Повернув голову, Безымянная столкнулась с пылающим взглядом алых глаз и со страхом отметила, что клыки у иномирца довольно острые и он совершенно не стесняется их демонстрировать. Ш’янт хмурился и закусывал губу, что‑то бормотал себе под нос. Наверняка посыпал ее голову проклятиями.