Капойо

Она объехала шумные улицы возле порта стороной, проехала мимо какой-то толпы, в которой заметила по меньшей мере пять красных курток стражников, и выехала на дорогу, ведущую к поместью Эрке.

Залив внизу лежал, искрясь, и какой-то небольшой корабль отошёл от причала и направлялся на запад, подсвеченный лучами солнца, отчего его светло-серые паруса, казалось, светились. Аяна вдохнула запах пыльной дороги и трав, нагретых ласковым пока ещё солнцем, и позволила себе раствориться в глухом перестуке копыт Ташты, шелесте ветра в кипарисах, жужжании насекомых и стрекотании цикад, которое напоминало ей шум от деткой погремушки, сделанной из маленькой высушенной тыквы, в которой гремят семена, а на ручке привязаны крохотные звонкие бубенчики.

«Цим-цим! Ле, ле!» – пела какая-то маленькая птичка, перелетая с одного дерева на другое. – «Цим-цим! Ле, ле!». Ташта поворачивал мохнатые уши, и Аяна гладила его по шее.

– Ты мой хороший. Мой славный...

Боковые ворота, как всегда, были открыты. Она спешилась и открыла створку, завела Ташту в свободный денник и переоделась в пропахшее за ночь сеном платье.

Гелиэр сидела над большой коробкой, держась за виски.

– Это твоё, – с отчаянием сказала она, ткнув пальцем в угол.

Аяна бросила быстрый взгляд на свёртки, лежавшие на кресле, и подошла к Гелиэр.

– Кирья, всё хорошо. Это просто платья. Ты примеряла? Сегодня мы едем с визитом в дом Банур.

– Я не хочу их примерять. Хотя... всё равно. Всё равно.

– Кирья, тогда давай я примерю свои, а ты скажешь, какое лучше, – впадая почти в такое же отчаяние, сказала Аяна.

– Там ещё обувь, – сказала Гелиэр, чуть не плача.

Аяна забрала свои свёртки с кресла и развернула один. Да, у Аплайи явно был свой взгляд на вещи. Пышность юбки уменьшилась чуть ли не втрое.

– Я примерю тут, за ширмой, или мне спуститься в свою комнату?

– Можешь тут. Всё равно.

Аяна скинула красное платье, в котором ходила на конюшню вечерами, прикрывая штаны, надела синее, которое вынула из первого свёртка, и с облегчением вздохнула.

– У тебя рубашка торчит. Там должно быть нижнее платье, в тех свёртках, – сказала Гелиэр. – Тут должно быть открыто, – показала она на вырез.

Аяна вздрогнула.

– Это обязательно? Мне не очень нравится, когда шея открыта настолько низко. Я не привыкла.