Другой край мира

– Капитан Эрлант подтвердил мои расчеты. Мы можем нагрузить «Фидиндо» уже в затоне. Река поднимается почти на три па. Она уже поднялась настолько, что мы спокойно пройдём даже с наибольшей осадкой. Конда, ты слышишь?

– Слышу.

– Конда, одумайся!

– Я бы послал тебя к чёрту, но ты мой брат.

– Послушай, Конда. Не лишай её возможности жить обычной, привычной жизнью. Дай ей выбор. Ради меня, слышишь? Ради меня, дружище. Просто скажи ей, что она может выбрать и передумать. Пообещай мне.

– Ладно. Обещаю. Обещаю, Воло! Я понимаю, о чём ты говоришь.

Вечером он позвал Аяну наверх, в малую мастерскую.

– Аяна, мы освободили вчера твою летнюю спальню. Осталось пять дней до отплытия, завтра мы будем носить мешки в трюм. Этот станок надо подвинуть. Можно?

– Хорошо.

– Я подвину.

Покрывало слетело со станка, и Аяна всплеснула руками, развернулась и метнулась по лестнице, и в незашнурованных сапогах кинулась к воротам и дальше, из двора. Она добежала, задыхаясь, и поднялась в комнату.

– Тили... – рыдала она. – Тили!

В малой мастерской Конда озадаченно смотрел на пёстрый, почти дотканный новенький керио, закреплённый на станке, и ничего, совершенно ничегошеньки не понимал.

– Он шевелится. Он первый раз пошевелился, когда я сидела у тебя. Это было так странно, что я испугалась, потом обрадовалась, а потом растрогалась.

– Сколько... Подожди, давно шевелится?

– Я привезла его с болот, – сказала Тили. – Уже больше половины срока. Я боялась, что он будет большой, но он маленький, и живот у меня маленький.

Сола говорит, всё хорошо. Один раз у меня шла кровь, но она посмотрела и сказала, что он в безопасности. Она сказала, так иногда случается.

– Я думала, у тебя женские дни, – сказала Аяна со вздохом. – Я слепая.

– Нет. Просто ты смотрела в другую сторону, – рассмеялась Тили. – Ничего. Я уже почти привыкла к этому его запаху.

– Тили, я уезжаю с ним.

Глаза Тили округлились.

– Айи, ты с ума сошла? Я думала, он остаётся!

– Он их навигатор. Тот, кто указывает путь. Тили, я думала, он может научить кого-то, но он показал эти устройства, которые висят у него по всей каюте, журналы, карты и всё прочее.

Помнишь все эти длинные и сложные формулы, которые Миир расписывал в учебном дворе с арем Даром? У Конды есть прибор для того, чтобы по звёздам определять, где находится корабль, и устройство для решения этих задач – самое простое, что в нём есть. Это невероятно сложно. Я пыталась понять, но я не могу. Он не может остаться. Его люди без него не вернутся домой.