Другой край мира

– Где ты был? Верделл, где ты был?

Она ерошила его вихры и смеялась. Он стоял в некотором удивлении.

– Кирья, ты меня с кем-то путаешь, – сказал он. – Это я, Верделл. Ты чего такая радостная?

– Иди сюда и рассказывай. Почему тебя так долго не было? Я соскучилась, дуралей!

– Мы долго гостили у этого чудного народа, и выменяли много товара... припасов. Мы вернулись неделю назад, и я приходил сюда, но парней не было в комнате. А потом меня забрали к кузнецу в верхнюю деревню, я работал, ел и отсыпался. Лойка где?

– Да оставь ты эту Лойку, Верделл! Рассказывай, что там, в их землях?

– Там.

.. необозримое пространство, покрытое травой, снегом и мхами, и больше ничего. Речушки и иногда родники.

– Это я знаю. Наши ездят к ним зимой меняться. А что там ещё?

– Мохнатые олени. Снег. Трава, холмики и скалы. И снова трава. Много холмиков и камней. Там почти всё под снегом. Озёра, небольшие. И холодно. Кирья, я очень мёрз. Там везде ветер, он продувает насквозь и просто выносит из тебя душу.

– И всё?

– Да. Вообще они говорят, что их этот Олар Сир тянется вдоль северного моря на запад до самого начала леса, но они туда не ездят.

Потому что это далеко. Кирья, слушай, я не понимаю. Почему вы никогда не путешествовали за их края? Дальше, за эти холмы, траву и вот это вот всё?

– Не знаю. Наши ездят к ним. Ходят на лодках зимой, но зимой там далеко не проедешь. Вся эта трава, о которой ты говоришь, зимой полностью покрывается снегом. Сами сакихите передвигаются на санях. Наверное, можно было бы прийти к ним зимой и выменять сани с оленями, и потом отправится по снегу на запад, до леса, но это долгое путешествие.

Они говорили арем Тоссу несколько лет назад, что до леса добираться около трёх недель на оленьей упряжке.

– А с какой скоростью при этом идёт олень?

– О, это я как раз знаю... Та девушка рассказывала близнецам, как у них там ездят. Четыре с половиной ранда в час, и около шестидесяти рандов в день. Они каждые полдня дают оленям долгий отдых.

Они постояли, шевеля пальцами и подсчитывая, потом переглянулись.

– До леса полторы тысячи рандов. Это очень, очень далеко. Очень.

– Да-а-а... – протянула Аяна. – Как жаль. Значит, нам никогда не узнать, что там, за их пастбищами.

– Почему?

Она пожала плечами.

– Даже не представляю, как это – решиться уйти из дома в такой дальний путь. Мечтать об этом, конечно, приятно, но вот по-настоящему уйти – не знаю...

– Я был рад, когда попал на «Фидиндо», а до него – на «Ласточку», которая ходила вдоль побережья.