Ну, понеслось!

попавших в беду? Отвлечение от проблем? — я вновь отодвинулась.

— Нет, попытка успокоить несчастного покалеченного мужчину.

— Свершилось! Появился новый образ, "джентльмен в беде", — нервно хихикнула я и затаила дыхание. Наши взгляды встретились. Показалось, что вот он, порог, после которого все в наших отношениях изменится.

Кевин молча протянул мне руку, я крепко стиснула ее. Шутки кончились.

— Как ты нашел меня?

— Те, кто тебя похищали, проболтались, что едут в Раменку, — сообщил он, ловко поймал мою вторую руку и прижал к себе.

— Да? Глупо… А почему вообще ты поехал за мной?

— Я знал, что-то будет. Тут давно назрело...

— Не понимаю, — я хотела знать, почему все это случилось. — Откуда ты узнал, что меня похитили?

— Я тебя охранял.

— Почему охранял? От кого? — тут до меня дошло. — Так это вчера был ты в моем дворе?

Кирилл мягко прикрыл мне ладонью рот, показывая, что я много говорю.

Черт! И как мне разобраться, в чем тут дело. И может ли быть хуже, чем уже есть? Я резко откинула его руку.

— Сама разберусь, что, когда и как мне говорить, — проворчала я.

— Видимо, не можешь разобраться, — раздраженно ответил он. — И вообще, ты странная.

— Я знаю. Тоже мне, странная — возмущаюсь, что кто-то слишком щедро раздает приказы. А ты грубый! Может с себя начнешь?

— Ты считаешь, что я грубый? — оскорбился Кирилл, однако моих рук не отпустил.

— Нет, — спокойно уточнила я, — всего лишь нахальный и бесцеремонный.

Кевин помолчал, потом с горечью добавил:

— Я не умею разводить церемонии, как Тео.

Я опешила: а Тео тут причем?

— Уже заметила. Можешь не оправдываться, "всегда идущий напролом".

— Разумеется! — Он вновь ко мне прижался, явно забавляясь над моими попытками освободиться, пока мне это не надоело.

Кирилл не шевельнулся, не отпустил мои плечи, я просто чувствовала на коже его взгляд, которым он изучал меня сквозь темноту, провоцируя на нервозность и раздражение.

Я поежилась, вздохнула и, не желая поддаваться на провокацию, пробормотала:

— Значит, мы вместе решили, что ты слишком грубый, хотя ты пытался увести разговор.

— Пытался, ты права. — Дыхание внезапно прервалось, я знала, что сейчас должно произойти — он вновь решил отвлечься поцелуями…

Кружилась голова и дрожали поджатые ноги, но просить его о передышке было немыслимо, как нельзя забрать воду у потерявшегося в пустыне. И хоть убейте меня, я не знаю, кто из нас в ней заблудился!

***

Я на миг отпустил смущенную Люду.