Белый китель, белое платье

Девушка не могла произнести ни слова. Слёзы счастья и вымученного спокойствия наконец прорвались и покатились по нежной коже. Она вслушивалась в прыткие скачки сердца Мортэуса и улыбалась.

К двери подошла старая женщина, запахнувшись в серый платок. Ей стало интересно, почему дочь словно исчезла, открыв входную дверь. Увидев вернувшегося молодого человека и обнимающую его Эмилию, она сама чуть не заплакала и прижала к щеке ладонь.

- Мортэус, – произнесла она хрипло, – я рада, что ты приехал.

- Здравствуйте, мадам, – смущённо отозвался юноша, не в силах оторваться от девушки.

- Проходи же в дом – не стоит вести разговоры за дверью.

Развернувшись, она ушла в глубь комнаты. Эмилия подняла голову и блестящими от слёз глазами взглянула на него. Всё такой же симпатичный, с теми же густыми рыжими волосами, с такими же, как и прежде, горячими руками. Прошло пять лет, но он ничуть не изменился. Всего лишь стал старше.

Они переплели пальцы и, касаясь друг друга плечами, зашли в дом. Эмилия краснела, поднимая на него ресницы, робко улыбалась и трепетно дотрагивалась до его одежды, ладоней, золотых пуговиц на груди.

Юноша в ответ лишь ласково смотрел на неё и любовался цветущей красотой.

- Как твоё здоровье, Мортэус? – глухо спросила старушка.

- В порядке. Чувствую себя полным сил и возможностей, – он, широко улыбаясь, посмотрел на Эмилию. – А как Вы себя чувствуете, мадам?

- Мама в последнее время всё больше мне перечит. Ей скучно сидеть в четырёх стенах, да и нельзя ей этого – свежий воздух куда приятней.

Но, ты же знаешь, какой в городе воздух, – девушка подошла к женщине, перехватывая из её рук полный кувшин молока. – Маме нужен отдых и покой.

- Всё, что в моих силах, я готов сделать. Можно устроить поездку за город: воздух там и правда лучше, чем здесь. Мы возьмем еды, вина, будем каждый вечер провожать закат, а утром встречать рассвет. Ох, мадам, я буду рад, если Вы согласитесь поехать.

Стоя около маленького квадратного столика, старушка прижимала ладонь к груди и смотрела пустым взглядом в окно.

Эмилия, убрав кувшин, взялась за нитки и ткани, разбросанные по столу, – женщины часто проводили дни за рукоделием. Она бросила на мать беспокойный взгляд, но сдержала слова волнения.

- Было далекое время, когда мы почти каждый вечер удалялись из дома, чтобы встречать закаты и рассветы, – задумчиво пролепетала старушка. – Это время никогда не вернется назад, как бы сильно я того ни хотела.