Звезды, ветер и мы. Дорогами иных миров

«Кнут» наказания от Древних эльф уже показал, затем начал подсовывать «пряники», предложив им вести занятия с эльфами в Академии и при этом открыть лабораторию для изучения магии с полным содержанием и потаканием всем капризам ученых. Хитрюга, местные научные мужи наладят обучение в эльфийской академии, при этом освободится узник, с которым необходимо поговорить, чтобы выяснить мир Рика и точку отправки девушек.

Переговоры постоянно приходилось подталкивать, они никак не хотели освобождать ученого в назидание непослушным.

Попытки логически достучаться, не срабатывали. Попутно выяснилось, что на семи материках семь советов Кураторов и они совместно наблюдают друг за другом, внося корректировки в случае надобности. Получая очередное «нет», мы настаивали, что в случае отказа мы придем сюда с войсками...

Святое дело заступиться за жителей своего мира. «За Создателя и за свой Дом!» — формула чести любого Светлого мира, так как при ее нарушении мир гибнет!

На третий день переговоров мы добились освобождения Окетту.

— Только не это! — просто вопила измотанная переговорами Кушкен. — Им только дай повод...

— Вот и мы предлагаем повода для недовольства не давать. Была недоработка — исправили! — ровным голосом сказал Рэн, сухо рассматривая собеседницу. Он тоже вымотался из-за упрямства Кураторов.

Я бы давно разнес все к фипасовой бабушке, и не возился с этими недоумками. А он жалеет!

Сегодня мы были вдвоем, нас пронесли сквозь этажи прямо в кабинет к Кушкен.

— Мы освободим мятежного ученого, но я напомню об обещании позволить нашим специалистам проводить исследования в вашей академии!

— Да и все затраты я возьму на себя! — пообещал эльф. — Единственная просьба: кому понравится, что его изучают? Вашим специалистам придется вести какие-нибудь дисциплины у студентов.

— О! Практическая работа с объектами интереса? — У нее загорелись глаза. — Вы нюансы обсудите с Мург, это ее вотчина, а я подготовлю документы на освобождение Окетту.

— Когда мы сможем его увидеть? — тон эльфа не изменился, хотя он однозначно чувствовал облегчение.

— Только завтра, ему надо будет отдохнуть, он ведь сторонник естественности… Окетту отказался от омоложения. Проводит геронтологический эксперимент.