Ведьмины рассказы

Геколион был самой невинностью, что точно указывало на то, что случившееся произошло при его участии. На лице Везави отразилось удивление, он недоверчиво уточнил:

— Где сейчас этот корабль?

— Этого мне неизвестно. Он покинул наш город ещё неделю назад.

Убийца пробурчал что-то про проклятые задержки, хотя вряд ли, плыви галея денно и ночно, они успели бы за такое время. Толстяк, с удовлетворением наблюдая за его реакцией на эти известия, извлёк из своего халата какую-то бумагу:

— Но о вашем прибытии нам действительно сообщали.

Угроза сработала бы куда лучше, если бы её хоть кто-то испугался. Агни ясно видела, что это блеф, Хродгейр было плевать, а Гевент с Везави только усмехнулись. Убийца сказал:

— Если хотите, чтобы тот корабль вернулся сюда ещё с тройкой таких же — сажайте. Посмотрим, сколько минут простоят ваши стены.

Геколион миролюбиво развёл руками, показывая, что не собирается провоцировать конфликт. Учитывая, что это уже произошло, такая позиция была более чем удобной.

— Меньше всего мне бы хотелось, чтобы моему горячо любимому городу был нанесён ущерб или кто-то пострадал. Я лишь хочу сказать, что готов забыть о, ммм, всех этих недопониманиях в ответ на небольшую услугу.

Агнесса закатила глаза, представляя, что сейчас начнётся.

— На юге города стоит древняя магическая башня — Шолла.

Везави, до этого пытавшемуся играть в дипломатию, явно это надоело:

— Нас не интересуют древние башни, мифы и легенды. Наш нужен проход в город, и вы нам его дадите безо всяких сделок и условий.

— Боюсь, это вызовет определённые проблемы, — любезно ответил Геколион. — У нас в городе действуют очень строгие законы по отношению к тем, кто находится в его черте без соответствующего на то разрешения.

Агнесса усмехнулась, услышав фразу про строгие законы:

— Ваши законы очень удобно действуют конкретно в тех случаях, когда вам это нужно.

— Согласитесь, юная барышня — это несомненное достоинство нашей законодательной системы. В отличие от прочих городов, где законы не действуют, когда надо или, наоборот, используются против тех, кто их придумал, у нас в Бизантии закон служит своим создателям, то есть нам — законотворцам.