Ведьмины рассказы

— Нет у меня глаз, тупенький! Я не вижу мир, а его предвижу! Пророчество, будучи высказанным вслух, обязательно сбудется. Так вселенной предначертано, но до того вы сами властны над своею судьбой! — сказав это, она добавила куда тише: — Вот ваш выбор, лежыць, памираець.

Понимая, что сейчас совсем не лучший момент, Агни осторожно сообщила:

— Лёд вошёл прямо в сердце. Значит, пророчество сбылось…

— Дура ты! Если сейчас думаешь об этом! — гневно крикнула на неё, напугав, Изельда. — Плевать мне на себя! Пожила уже — довольно.

Этот крик отнял у неё последние силы. Покачнувшись, старая ведьма закатила глаза и, если бы не вмешательство Ликона, вовремя подхватившего её, упала бы на пол.

— Поговори… с Карен… — тихо, едва ли не одними губами сказала Изельда, а затем её голова безвольно обвисла.

Агни застыла в нерешительности, не зная, о чём ей переживать сильнее: мир вокруг стремительно катился в тартарары, причём весь и сразу, не утруждая себя какой-то очерёдностью.

Вдруг, опять же без предупреждения, наступил момент предельной ясности. Агнесса осознала, что её ученичество окончено. Теперь она настоящая, без оговорок, ведьма, а всё вокруг — её первое, но не последнее испытание на этом пути.

Глубоко вздохнув, Агни закрыла, на миг — не более, глаза и принялась действовать. В первую очередь она проверила бабушку, висевшую на Ликоне. Та была в порядке, насколько это возможно для пожилого человека, схватившего удар от волнения.

— Отнеси бабушку в комнату, — скомандовала ведьма. — Будь с ней — если что, зови. Кстати, у тебя остался тот рисунок руны?

— Ну… д-да! — Ликон принялся судорожно, но очень медленно шарить по карманам.

Наконец, Агнессе предъявили помятую бумажку и кусок мела. Что-то разобрать на этом рисунке было и без того сложно, а уж после того, как его хорошенько измяли… но выбирать не приходилось.

— Спасибо, — коротко ответила она, начиная рисовать.

Несмотря на трясущиеся руки и общий мандраж, вышло у неё на удивление быстро — ведьма всерьёз опасалась, что она застанет Карен уже в процессе «работы», но её ещё нигде не было видно. Именно в этот момент Агни сообразила, что абсолютно не знает, что делать дальше. По вчерашним разговорам было ясно, что «валькирия» не очень поддаётся дипломатии. И как её в чём-то убедить — сложный вопрос.