Ведьмины рассказы

Ликон осторожно, стараясь не обжечь прикосновением, передал ей лепесток.

— Хм. Надо же, — подняв его, словно рассматривая, прокомментировала старая ведьма. — Не забыла ещё.

— Что не забыла? — не поняла Агнесса.

— Из всех этих бестолочей Пламя была самой толковой, — бросив лепесток в печь и отвернувшись, ответила Изельда. — Больше остальных у меня переняла. Творить научилась по-настоящему, а не лишь жалкие подобия.

Агни стоило немалых усилий продолжить её слушать. Дело было не в отсутствии интереса, а в той сцене, что разворачивалась за спиной старой ведьмы.

Жар-птица подняла голову и из последних сил подползла к лепестку, накрыв тот всем телом. Огонь в печи вдруг замер на секунду и, закручиваясь, стал собираться вокруг феникса, образуя что-то вроде кокона.

Такого буйства красок, как тот, что был в этот момент в печи, Агнесса никогда в своей жизни не видела. Здесь были все цвета радуги, в самых неожиданных комбинациях, которые танцевали, накладывались, прыгали, сменяли друг друга.

Словно дом Ликона посетила невиданная цирковая труппа, хотя вряд ли подобный танец цветов было возможно повторить специально.

Он завораживал, не в последнюю очередь именно тем, что в нём не чувствовалось какого-то замысла, порядка. Чистейший хаос в самом первозданном своём виде.

— Как красиво… — заворожённо сказал Кадм, непроизвольно выронив из рук очередное полено.

— Дааа, — согласился с ним Ликон.

— Никогда прежде такого не видела, — присоединилась к ним Агни.

— Глаза закройте, — прервала общую эйфорию Изельда.

Агнесса, не мешкая, последовала совету, заодно закрыв руками глаза Кадма, а вот Ликон, конечно же, замешкался. Поэтому вспышка ослепительного белого света, которая закончила танец огня, ослепила только его одного.

Когда всё завершилось, Агни осторожно заглянула в погасшую печь. Там, среди огромного количества пепла и золы, тянул голову вверх краснопёрый желторотый птенец, нисколько не напоминающий ту взрослую птицу, которая здесь была ещё несколько минут назад.

— Поздравляю, теперь ты — мама-птиц, — похлопала по плечу пытающегося перебороть слёзы Ликона Изельда. — Корми его всем, что придёт в голову, кроме воды. И от горючих веществ держи подальше. Как захочет улететь — отпусти. Будешь хорошей наседкой — может и вернётся.

— Она меня не сожжёт? — поинтересовался дикий маг.

Волосы его к этому моменту стали обычного цвета, а сам он был лишь на пару градусов теплее нормы.