Только не это!

Вы — козёл!

— Ну козёл, козёл, конечно, только вытащи меня, — взмолился бедняга. Я ощутила жалость к старику, что стало для меня неприятным открытием. Он светлый, их нельзя жалеть.

Лёва предсказуемо не устоял. Пробормотав простенькое заклятие и снабдив его соответствующей руной, в несколько секунд освободил узника.

— «Отлично, теперь он нас, конечно же, накажет. И как, по-твоему, отреагирует Иви?» Не знаю.

Старик, кряхтя и постанывая, распрямил спину. Даже отсюда был слышен хруст его позвонков.

— Тадеуш Муринку, верно? — он расплылся в улыбке благодарности.

— Э-э... да, это я.

— Хорошенький мой, чем я могу отплатить за твою доброту? Хочешь пять баллов на экзамене?

Лёва не растерялся:

— А накажите меня.

— Чего?

— Вы не так поняли, — поспешно замотал головой Лёва. — Я не извращенец, просто мне надо. Давайте помогу вам сегодня вечером с каким-нибудь делом? Могу убрать кабинет, например.

— Да ты просто сокровище! — Уорси кинулся его обнимать, но Лёва успел увернуться и побежал прочь из класса.

Друг едва не сшиб меня вместе с дверью, вовремя отпрыгнула.

***

— Ну как? — первым делом поинтересовался Майло. Он занял уже знакомый нам столик и заставил его таким количеством еды, будто последний месяц мы вообще не ели.

— Миссия выполнена, — с нервной улыбкой произнёс Лёва. — «А теперь расскажи другу подробности, герой. Или мне самому это сделать?»

— Ничего особого не произошло, — ответила я. По пути в столовую Лёва попросил меня не рассказывать подробности разговора с профессором, чтобы Майло не засмеял.

Удовлетворённо кивнув, Майло схватил с тарелки маленький кексик и целиком запихнул его в рот.

— Прияфель, я ф фебе не сомнефался. — Прожевал и добавил: — Теперь твоя очередь, Иви.

— Моя? — Аппетит разом исчез. — Знаете... кажется, я не смогу.

— Чего?

— Не смогу я, какое слово из трёх ты не расслышал?

— Вот фигня!

— Ты хам!

— А ты струсила! Просто тупи и наглей, чего сложного-то? Ты не себе испортишь аттестат, а Имани, если Варлоу когда-нибудь вообще её выпустит.

— Я не могу снова ударить лицом в интеллектуальную грязь перед Фелисити и Конаном.

— Да что ты нашла в этом хлюпике? Ему кишки покажи, он с визгом слиняет, — Майло высунул кончик языка, показывая своё презрение к инкубу. Ему не обязательно быть в кого-нибудь влюблённым, чтобы напрочь игнорировать любые чары амуров, инкубов, суккубов и сирен.