Шпионка

Перед внутренним взглядом он обнимал женщину, целовал приоткрытые губы, раздевал и потом слышались томные вздохи, дорисовывать картинку дальше она так и не решалась, ей было мерзко или скорее обидно. Девушка поела и вернулась в комнату. Ждать его. Ждать, чтобы всё ему высказать. Но алкоголь взял верх, и Энель уснула. 

Проснулась она от звука открывающейся двери и незаметно перехватила нож. Лерд тихо проскользнул в комнату, притворив за собой дверь, что разозлило ещё больше. 

- Где ты был, Лерд? – выпалила она.

- Демон тебя раздери, Беда, ты чего это ведёшь себя как ревнивая жена? Я с дамой был, я же предупреждал тебя. А ты почему дверь не заперла? К тебе же любой вломиться может!

- Как вломится, так и выломится, - огрызнулась она и метнула нож, который вонзился совсем рядом с его рукавом. – Я волновалась, между прочим, уже часа два, как мы планировали выехать, а ты где-то бродишь, потаскун! 

- Эй, милая, успокойся. Ты чего не с той ноги встала что ли? Или у тебя тяжёлые дни?

- Пошёл ты, урод! Тебе лишь бы баб потискать!

- И не только потискать! Я между прочим честно грел тебя всё время, пока у тебя был жар, теперь нагоняю упущенное.

- Тебя никто не просил! – зло бросила она. – Мог бы и не греть, подумаешь, тебе-то что? Тебе же наплевать на меня! Зачем ты спас меня? Чтобы тебе не так скучно было путешествовать? Чтобы я прикрывала твою чёрную спину, от твоих же мать их ити, товарищей?

Теперь уже он зло сверкнул тёмными очами.

 - Какая муха тебя укусила, девочка?

- Да иди ты, ко всем демонам, любовничек! Нас преследуют Вороны, а он по бабам шляется.

Энель зло плюнула и закинула на плечо свою дорожную сумку. Подойдя к двери, выдернула кинжал и засунула его обратно в наплечные ножны. 

- Я так больше не могу, Лерд. Похоже здесь наши пути расходятся. Спасибо, что спас меня, но я не хочу больше проводить бессонные ночи в ожидании, что в любой момент в комнату могут проникнуть Вороны и убить меня во сне, пока ты крутишь очередной роман.

Она вышла за дверь и, сделав несколько шагов, остановилась. Девушка надеялась, что он бросится за ней, захочет остановить, но Ворон так и не открыл дверь. 

Гордость не позволила ей вернуться, она вышла за порог постоялого двора и оседлала свою лошадь. Садясь в седло, утерла слёзы и обругала себя последними словами. 

Энель выехала за ворота и, найдя удобное место для засады, притаилась.