Настоящая румба

— Так скажи мне, — он остановился перед ней, глядя сверху вниз, — скажи, что я сделал, чтобы заслужить твою ненависть, морская королева.

— Что? — она засмеялась, с трудом сдерживая слезы. — Что именно? Ты пригласил меня на свой Остров свободы, рассказал красивую историю. Влюбил меня в себя, сделал своей любовницей. Я терпела такое положение, тебе ведь  нельзя разводиться с боевой подругой... Это разрушило бы твой благородный образ! Я терпела, потому что любила и была согласна на любую роль, лишь бы быть рядом с тобой.

.. А потом я забеременела, а потом потеряла ребенка. И ты просто выкинул меня, как сломанную игрушку, избавился от компрометирующей тебя истории! Я... так ждала тебя! И в больнице, и дома, и потом в порту...  Ты вот все время говоришь, что сражаешься во имя справедливости. Ну а я? Разве я не заслужила справедливости так же, как все те униженные и оскорбленные,  за которых ты воевал? 

Она замолчала, чувствуя, как по щекам все-таки катятся предательские теплые капли.

"Как дамочка". Да, ревет тут перед ним, как дамочка — вот, к чему они пришли.

Он перестал улыбаться и смотрел на нее с изумлением.

— Что вообще... Выбросил? Когда тебя повезли в больницу, я был с тобой, ждал  у дверей операционной. И после, когда ты лежала там в забытьи. Но очнувшись, ты не захотела меня видеть... так передал мне Рауль. Ты хотела побыть одна и могла говорить только с ним. Я ждал. Неделю, две. Ты вернулась в наш дом, но все еще не позволяла мне приехать.

А потом решила покинуть Остров свободы.

Марита закрыла лицо руками.

— О чем ты говоришь... Рауль?

Он развел руками:

—  Рауль сказал, что  я не могу приехать в порт, что тебе будет тяжело меня видеть, и ты  просишь простить тебя и не ждать. Разве я мог спорить? Это была твоя воля... А теперь ты ввернулась, капитанская дочь, вернулась с поручением от Лансдейла, с ядом и пулями. Я был в замешательстве, просто смят. Никак не мог поверить. И тогда брат предложил встретиться с тобой, чтобы посмотреть и убедиться самим, правда ли все это.

Может, наша разведка ошиблась...

Она  убрала ладони от лица, подняла на него глаза.

— Твой брат был со мной все это время. Он один  меня поддерживал и утешал... И он говорил, что у тебя слишком много дел и совсем нет времени на меня...

— Ясно.

Он  сел рядом с ней, запустил пятерню в без того уже взъерошенную шевелюру.

— Рауль не так прост, как кажется, я всегда это понимал.