Часовые Памяти

Часовые Памяти

Перелетная Птица, Марта Золотницкая

ПРОЛОГ. Дождик осенний поплачь обо мне…

«Жизнь тем и интересна, что в ней сны, могут стать явью». (П. Коэльо)

Главное в жизни - лестницы, по ним мы поднимаемся и спускаемся (не всегда и не все самостоятельно), по лестницам мы карабкаемся, а иногда счастливо взбегаем, перепрыгивая через две ступеньки к прекрасным мраморным площадкам успеха, порой таким непрочным.(Леонид Енгибаров «Лестница)

Каждый год ближе к сентябрю Женька начинала болеть и чахнуть. И причина этого была вовсе не в грядущем дне рожденья.

- Напоминаю собой мобильник, который забыли зарядить – хмыкнула она и грустно уставилась в монитор. – Время от времени слабо попискиваю, и порываюсь «отдать концы». Только, что делать, если «зарядка» потерялась?

Беда, в общем-то, заключалась совсем не в этом. Потерялся смысл жизни.

- Просто приближается осень. Раньше я ее любила. А теперь сентябрь – лишь напоминание о тех, кому день рождения уже не отметить.

Она перечитала сообщение. Потом снова полистала «новости» в Контакте. Подлый интернет, словно чувствуя ее настроение, услужливо подсунул чьи-то строчки:

А мне говорили, стоит сходить к врачу. Одеться теплей и быть аккуратней впредь. Мол, «осень» - по сути «падать». А я лечу. И в кои-то веки знаю, куда лететь.

- Это точно. Ну, или, во всяком случае, куда идти.

Женька захлопнула аппарат, подошла к полке с книгами, и, покосившись на дверной проем, аккуратно вытащила толстый старинный фолиант. За ним у нее давно была прикопана заветная фляжка с остатками «Мартини». И пустая бутылка из-под него же, которую она постоянно забывала выбросить. Потом достала спрятанный за шторой складной стул. Убрала ноут на подоконник, и машинально глянула в раскрытое окно. Тучи, болтавшиеся над парком, с самого утра, наконец, разродились мелким дождичком.

- Отлично! – усмехнулась Птица. - Теперь главное – чтобы не застукали.

Она прикрыла окно, вымелась из кабинета, и быстренько просочилась к неприметной двери, ведущей в Сигнальную Башню.

- Вот и хорошо, что дождик – думала она, медленно поднимаясь по винтовой лестнице. – Значит, никаких посетителей наверху не будет. Потому, что туда только в сухую погоду пускают. Так - теперь всего две сотни шагов – и будет мне щастье.