Смерть банальна и скучна

Смерть банальна и скучна

Рубцова Дарья

Смерть банальна и скучна

Утро встретило его сыростью и промозглым порывистым ветром.

Вопреки ожиданиям, желающих сопровождать телегу смертника собралось не много: только куча мальчишек, да пара закутанных с головы до ног пожилых матрон.

Сидевший рядом священник забормотал молитву:

— Miserere mei Deus, secundum magnam...

Паоло дёрнулся и выругался сквозь зубы.

— Святой отец, нельзя ли помолчать? Не вынуждайте меня отягощать мою и без того тяжёлую душу.

Тот обиженно крякнул, шедшая рядом матрона гневно нахмурилась.

— В чём дело, милая? — Паоло послал ей улыбку, больше похожую на оскал, — желаете слушать молитвы, идите в церковь!

Толпа на площади тоже оказалась немногочисленной, и Паоло не знал, радоваться ему или огорчаться. С одной стороны, неприятно было бы умирать под шумное ликование и улюлюканье. С другой — всё-таки странно, что так мало людей пожелало проводить его в последний путь.

Неблагодарные. Он вздохнул. Когда им нужна помощь, так и выстраиваются в очереди в приёмной.

Палач в капюшоне из серой мешковины молча смотрел на него с помоста.

— Иди, сын мой. Вылезай! — В голосе священника явно слышалось торжество.

Примерившись, Паоло спрыгнул на землю, не удостоив его взглядом. Прыгать со связанными за спиной руками было не слишком удобно, и он чуть не упал, с трудом удержав равновесие. Охранник вцепился ему в плечо холодными пальцами.

— Туда. — Он махнул рукой в сторону эшафота, как будто Паоло не знал, куда идти.

— Эх, сейчас бы горячего вина, да? — Он подмигнул охраннику, — И жаркую красотку! И под одеяло. А не это вот всё.

Тот пожал плечами.

— Не мы выбираем.

Кто-то из зевак засвистел, подгоняя их — долго торчать на таком ветру никому не хотелось.

Скривившись, Паоло шагнул к помосту. В желудке ощущался холодный и твёрдый комок.

Палач встретил его наверху, похлопал по плечу, словно стараясь приободрить.

— Спасибо, друг.

Оглянувшись в последний раз на зрителей, он опустился на колени. Повернул голову набок, положил её на влажную плаху. Широкое лезвие, закреплённое между двумя брусьями, угрожающе нависло над ним.

«Смерть банальна и скучна», — сказал ему вчера Антонио, сидя на голом полу и улыбаясь с надменностью короля. — «Нет ничего более скучного, чем смерть».

Да уж. Паоло скрипнул зубами. Сплошная скука. Тебя бы сюда, Антонио, проклятый красавчик.