Северный путь

У него за спиной с ноги на ногу переминался Ждан.

– Не надейся! – разочаровал его Финист и подтянулся в лаз. – Левитируй.

Ученик несколько раз подпрыгнул, вытянув вверх руки.

– Хоть каплю постарайся!

Ждан с кряхтением оторвался от пола и зацепился ладонями за край лаза. Подтянуться он так и не сумел: пальцы дрожали и скользили, норовя сорваться. Финист схватил его и, поднатужившись, помог забраться внутрь.

– Есть надо меньше, – недовольно заметила наставник.

Ученик покривился.

Проход расширялся, впереди мерцал приглушённый свет.

Лаз закрылся так же, как тот, что вёл из лабиринта. Других выходов видно не было. Прошло много времени, прежде чем Финист обнаружил очередной рычаг между полом и стеной. Ждан с Гердой подобрались к нему, чтобы рассмотреть находку, но стоило коснуться рычага, как стена резко повернулась и, ударив их по спинам, протолкнула в новый зал.

Дугава неподвижно лежала на полу в центре, высокий лоб покрывала испарина, глаза быстро двигались под плотно смежёнными веками. Все бросились к ней.

– На ней яичницу можно жарить! – выругался Финист, брызгая ученице на лицо водой из фляги. – Дар обратился против неё. Она создала иллюзию огня, и тело поверило, будто горит. Надо её разбудить, заставить сбросить иллюзию, – наставник до крови закусил нижнюю губу и даже не заметил этого.

Они сделали, что было велено. Финист схватился за их ладони. Всё вокруг загрохотало, закружилось в неистовом вихре, стены исчезли, в лицо ударил горячий воздух.

Герда очутилась посреди огромной площади большого города. Её обрамляли двух и даже трёхэтажные каменные особняки, украшенные колоннами и ажурной лепниной. На улице толпились люди, толкались локтями, наступали на ноги, указывали пальцами.

Продолжавший держать её за руку Ждан затравленно оглядывался по сторонам и дрожал. Финист с другой стороны пробирался вперёд, распихивая зевак локтями.

В центре площади вокруг столбов деревянного эшафота был сложен огромный костёр. К нему катила, громыхая колёсами по брусчатке, чёрная телега. Сопровождали её Лучезарные в голубых плащах, рыская по толпе хищными взглядами.

У эшафота ждали глашатай и высокий мужчина в ослепительно-белом плаще.