Дары Пустоты

Даже грозный вид тяжёлой ладони на широкой рукояти меча и доспехи, жирно поблёскивающие в свете огня факелов, не могли скрыть очевидную схожесть с Жанесой.

— Вот ты какой, — деловито покачала она головой. — Мы как раз говорили с Кельнаном о том как трудно тебе привыкать будет, учитывая, что ты из столицы.

— Я не из столицы, — подметил Микела, но Ядвига пропустила это мимо ушей.

— Жаль ты к Келю попал, — нахмурились она. — Там всякий сброд вроде Цайсы и Эллика.

— Ядвига, — протянул Кель и покачал головой.

— Ой да ладно тебе, — отмахнулась она от него как от назойливой мухи. — Все знают, что у тебя одни бестолочи.

— Мне про твоих оболтусов рассказать? — заводился он, хотя и улыбался, склоняя всё это к шутке.

— Давай как-нибудь в следующий раз, дорогой мой, нам пора, — сказала она, хлопнув его по плечу.

Они наблюдали как она уходит, зычно выкрикивая имена своих смотрителей, и те как утята за мамкой, один за другим начали выходить наружу.

— Как тебе капитан Ядвига? — спросил Кельнан, желчно улыбаясь, и дёрнул бровями.

— Она мать той девушки, что мы видели около ратуши? — Микела не знал что сказать кроме очевидного.

Первый же вопрос сразил капитана и его лицо тут же осунулось.

— Да, — недовольно протянул он. — Спят и видят как захомутать меня. Один раз я сопроводил Жанесу в Ашу и все решили, что я хочу жениться на ней.

Кельнан стиснул брови и губы будто горечь какую откусил. Микела заметил угрызения совести капитана и решил, что тот явно преуменьшил свою вину перед девушкой, но говорить что-либо не стал, опасаясь навлечь недоверие Кельнана.

— В любом случае конце смены она станет для тебя самой долгожданной женщиной на свете. — Капитан желчно расхохотался, увидев искреннее удивление на его лице, и зашагал прочь к столам, где уже сидели смотрители, поглощённые разговорами. — Ах да. Ты со мной весь день, — крикнул он вдогонку. — А пока располагайся, располагайся. Это наш общий дом.

Микела хмыкнул, припоминая не без горечи, что своего дома то у него и не было никогда.

Он уселся на лавку рядом с Ааво, угрюмо поглядывая на своды пещеры. “Насколько здесь будет мучительно для совести? — подумал он”. Ничего не может быть хуже тех страшных шести месяцев, что он провёл с карателями, сразу после окончания обучения в гимназии под чутким руководством инквизиции и Светлого Ордена. Крики той женщины с окровавленным руками жуткой вспышкой пришли на ум и он вздрогнул.