Вендетта

Его глаза заблестели в предвкушении получения желаемой награды, а сам он заулыбался, но неожиданно помрачнел и спросил друга:

— Вот скажи, зачем тебе нужен ординарец?

— Мне он совсем не нужен. Полковник приказал его взять, — несколько удивленно ответил Винченцо. 

— Точно. Как это я забыл, — оживился Ферранте. — Если он тебе не нужен, ты ведь не будешь возражать, если я его проткну на дуэли?

— Буду, — жестко ответил Санторо-старший. — Если не дай Богиня ты его вызовешь, будешь иметь дело со мной. Франческо под моей защитой.

— Под твоей защитой, — передразнил его друг. — То-то он такой наглый.

— С чего ты взял, что он наглый? Он тебе что-то сказал?

— Общее впечатление, — расплывчато пояснил Ферранте. — Вроде бы ничего такого и не говорил, но наглость из него так и прет. Хочется его вызвать и поставить на надлежащее место.

К сожалению, Винченцо никак не мог рассказать другу, кто же его ординарец на самом деле. Энрике совершенно не умел хранить секреты в нетрезвом виде, в котором он находился по меньшей мере пару раз в неделю.

Все, что становилось известным ему, быстро становилось достоянием общественности. Поэтому капитан Санторо только еще раз пригрозил другу, что в случае чего тому придется иметь дело в первую очередь с ним, а уже потом с Франческо или, что более вероятно, с больничной койкой.

При выходе со стрельбища друзья встретили Изабеллу. Когда капитан Санторо упомянул о болезни ординарца, которая не позволит ему присутствовать на поэтическом турнире, дочь полковника воскликнула:

— Это ужасно! Мало того что бедный Франческо заболел, так еще пропустит развлечение, которое хоть немного скрасит ему армейские тяготы.

Мы должны провести турнир у вас дома, капитан Санторо.

— Моему ординарцу не до развлечений, — возразил ей Винченцо.

— Напротив, ему необходимо отвлечься, — не согласилась Изабелла. — И не возражайте мне, капитан Санторо, турнир проводим у вас. Капитан Ферранте тоже согласен.

— Вот это я и имел в виду, когда говорил о наглости твоего ординарца, — грустно протянул Ферранте после ухода дочери полковника.

— Вот вроде он и не сказал ничего, более того, его здесь даже не было, а так хочется убить...

Винченцо покосился на друга и понял, что теперь придется следить еще и чтобы тот не полез в драку с Франческой. Шрамы украшают только мужчин, а девушке, и без этого хорошенькой, они совершенно не нужны.

А в это самое время родители «хорошенькой девушки» обсуждали новости, доставленные графом Санторо.