Вилена и Велард. Сказ о волках

Леон по-прежнему держал меня на руках, приговаривая что-то, как маленькой. Следом за нами в повозку, нет, скорее, в просторную карету, залезла давнишняя беременная горожанка. Стены качнулись, я подумала, что опять теряю сознание, и лишь через несколько минут сообразила, что просто карета тронулась.

– Что с ней? – заскучав, горожанка вытянула шею и посмотрела на меня. Протянула руку, намереваясь, наверное, поправить одеяло.

– Не тронь её, – резко рыкнул Леон. Как топором рубанул. Женщина отпрянула и отвернулась к окну.

Ненадолго.

– Она дорога тебе? – полюбопытствовала горожанка.

– Она пади чёрного эдельвульфа, – словно нехотя, произнёс Леон. Женщина охнула и во все глаза уставилась на меня. Стало неприятно, и я смежила веки, чтобы не видеть горожанку. Леон то и дело наклонялся надо мной, принюхивался, касался холодными пальцами лба. Убаюканная мерным покачиванием кареты, я задремала.

Глава 13

Тепло. Запах растопленной печи, потрескивание дров, тяжёлое тёплое одеяло. На миг показалось, что я в сиротском приюте, и вот-вот спальня наполнится гулом множества голосов.

Потом мелькнула мысль, что в общей спальне не было печи. Открыв глаза, увидела над собой раскрытый полог кровати. Мои покои в замке.

– Проснулась? Как себя чувствуешь? – из кресла у камина белым призраком поднялся Леон.

– Н-не знаю, – отозвалась я, прислушиваясь к себе. – А как я тут оказалась?

– Я тебя забрал из городской больницы. Эти идиоты пускали тебе кровь, вместо того, чтобы нормально лечить.

Полежи спокойно, мне нужно тебя осмотреть.

Поджав губы, Леон застыл возле кровати. Положил прохладную ладонь мне на лоб, на миг прикрыл глаза. Взял за запястье, уставился на полог, считая пульс.

– Сейчас не пугайся, – ровным тоном бросил лекарь.

Я не успела спросить, чего именно я не должна пугаться, когда он резко наклонился ко мне и щекотно понюхал шею. Когда я поняла, что он просто таким образом проверяет моё здоровье, заставила себя расслабиться и отпустить одеяло, в которое невольно вцепилась с перепугу.

Не каждый день на тебя налетает белый эдельвульф. Хотелось сказать, что он мог бы спокойно объяснить, что ему нужно меня понюхать, вместо того чтобы действительно пугать резкими неожиданными движениями, но смолчала.

– Ну как? – поинтересовалась я, когда лекарь отошёл и принялся греметь какими-то склянками на тумбе.

– Если мы говорим про тебя, то ты идёшь на поправку, – поджав губы, недовольно буркнул Леон.