Поймай меня, или Моя полиция меня бережет!

– Извините, мадам Цацуева, но ваши требования не подлежат удовлетворению. Брак – это добровольный союз мужчины и женщины...

- Я буду жаловаться! – взвизгнула оскорбленная в лучших чувствах дама. – Так и знайте!

Она тяжело дышала, и огромная грудь взволнованно колыхалась.

Ужасно хотелось заткнуть уши пальцами, но увы, приходилось слушать причитания и угрозы. Если женщина хочет замуж, то упаси вас Неназываемый становиться у нее на пути!

Когда я с трудом выставила ее прочь, до конца приемного времени оставалось немногим больше четверти часа.

Поморщившись, я потерла висок. Работа с населением – та еще головная боль...

А ведь мадам Цацуева наверняка еще и жалобу на меня накатает! Понятно, что ничего страшного, но объяснительную писать придется.

Подумав, я полезла в стол за шоколадкой, но едва пальцы нащупали шуршащую обертку, как в дверь снова постучали.

Я едва не застонала, закрыла ящик и обреченно крикнула:

- Войдите!

- Вы позволите? – вежливо спросил господин Ярый, остановившись на пороге.

На мгновение я им залюбовалась: стройная фигура, смуглая кожа, чуть раскосые насмешливые глаза и грация пантеры.

- Конечно, - кивнула я. В конце концов, теперь он один из «моих» жильцов! – Проходите, присаживайтесь. На что жалуетесь?

Яркие губы дрогнули в улыбке, и он шагнул в комнату.

Я слегка смутилась: прозвучало действительно странно.

- Я имею в виду, что обычно к компетенции домового относится урегулирование споров из-за нарушения правил добрососедства, - отбарабанила я как по писаному и смутилась еще больше.

Присутствие господина Ярого выводило меня из равновесия. И дело не в бабуле!

Он окинул взглядом мой захламленный кабинет и покачал головой.

- Заверяю вас, госпожа Стравински, мне не на что жаловаться.

- Домовой, - поправила я упрямо. – Я при исполнении.

Он чуть пожал плечами и расположился на ближайшем ко мне стуле.

- Как изволите... домовой. Хотя называть так красивую женщину, на мой взгляд, почти кощунство.

- Благодарю, - ответила я сухо. – Итак, что вы хотели, господин Ярый?

Он внимательно смотрел на меня, прищурив темные недобрые глаза.

- У меня к вам... личная просьба.

- Слушаю, - откликнулась я нехотя.

Он сжал губы, затем проговорил медленно:

- Скажите, вы правда занимаетесь поисками Кукольника?

От неожиданности я на мгновение замерла.

- Да, - кивнула я, не видя смысла отрицать. – Точнее, я помогаю следователю...

Ярый легким движением руки отмел мою слабую попытку отпасовать его к Мердоку.