Мой ветер перемен. Часть 1. Если можешь — беги

Сердце стучало, как барабан сумасшедшего буззамена. Сказка о справедливой королеве! Вот что имел в виду профессор Барро. Но это же просто выдумка. Случайное совпадение. Прежде чем разучиться лгать, королева обрела способность распознавать ложь, а это не мой случай. Обмануть меня проще простого. С другой стороны, у моей патологии могут быть вариации. Или это просто авторский вымысел...

Что дальше?

Сделка сорвалась, князь уехал, а король велел заточить жену в темницу за то, что выставила его лжецом перед гостями и двором.

Сказка двигалась к концу, слог стал напевным.

«И пришёл король в каземат к жене, и повёл тяжёлый он разговор:

— Как, скажи, могла ты меня предать? Ты, жена моя, мать королевича! Что на подлость тебя подвигнуло? Может, золота посулили тебе или ум колдовством затуманили? Иль другого полюбила ты и сгубить меня этак придумала? Повинись, покайся, и я прощу. Ради сына и нашего прошлого.

И ответила Справедливая:

— Если лгут, не могу я не слышать ложь и сама никому не могу солгать.

И ни злые чары, ни золото надо мной не имеют владычества. А любила я одного тебя. И других мне поныне не надобно.

Мрачен вышел король из узилища и велел строить плаху на площади. И читать по стране королевский указ. А в указе том было сказано, что на третий день на вечерней заре королеву казнят за предательство.

И напрасно Мудрец за сестру просил, и напрасно взывал к милосердию. Был король непреклонен. Вздохнул Мудрец. Снял с себя дорогую он мантию.

— Ты не слушал, владыка, советов моих.

Знать, советник тебе и не надобен. Но позволь напоследок тебя остеречь: не простишь королеву — поплатишься.

А на третий день на вечерней заре собралась тьма народу на площади. Словно всё королевство к замку сошлось. Ропщет, плачет народ. Хмур и зол король. Привели королеву на эшафот. И туда же, не дрогнув, взошёл Мудрец.

— Отпусти нас, — сказал он, — или убей. Без сестры мне и жизнь не надобна.

— Палача! — в исступлении вскричал король.

И пришёл палач с острым длинным мечом, в чёрной маске, лицо скрывающей.

Сдёрнул маску — и ахнули все вокруг. То был Воин, явился он с Рубежа, ну а вместе с ним сотня ратников. Побледнел король, задрожал король. И сказал ему Воин с презрением:

— Верой-правдой служил я тебе, король. Нынче служба моя окончена.

И сошли с эшафота они втроём — королева с верными братьями. И отправились прочь, а за ними — народ. Храбрецы и солдаты — за Воином. Кто учёность ценил, ум и здравый расчёт, Мудреца вожаком своим выбрали.