Мой ветер перемен. Часть 1. Если можешь — беги

Амброзиус отмечал, что собрал и свёл вместе десятки историй, пытаясь, как он писал, реконструировать исходный сюжет, и сам не был уверен, что преуспел до конца.

В следующей части говорилось, что у супругов родился долгожданный сын. Король на радостях целый месяц кутил и веселился, а королева грустнела и бледнела день ото дня. Ей оставалось одно утешение — благодарность подданных. «Но шло время, и поселилась в сердце короля ревность. Не его народ прозвал Справедливым, не к нему, владыке могучему, за судом праведным шёл, не на его милость уповал».

Сестра короля вышла замуж за соседского князя, среди прочего получив в приданое заливные луга, на которых паслись овцы редкой породы. «Шерсть с тех овец была как ни с каких других — красивая, прочная, тёплая. И пряли из той шерсти дивную пряжу, и вязали из той пряжи шали, до того лёгкие и тонкие, что через игольное ушко протащить можно. Пожалел король, что отдал луга чудесные, возжелал воротить их во что бы то ни было…»

Мудрец уговорил его не ходить на зятя войной, а просто выкупить свои бывшие угодья.

Но король задумал подлость: заплачу, мол, князю, сколько попросит, а сам пошлю воинов, переодетых разбойниками, ограбить повозку с золотом, так что и луга получу, и деньги верну. Однако сперва ему требовалось убедить зятя в честности своих намерений. И король позвал жену.

«Дал он слово отсыпать князю злата полновесного. Не мало и не много — ровно семь мешков. А в ответ обещался князь, как получит всё, передать королю луга желанные в безраздельное его обладание.

— Правду ль молвит сосед мой? — обратился к жене король.

И сказала она:

— Правду истинную.

— Правду ли молвлю я? — вопросил король с улыбкой ласковой.

Стала королева белее полотна. И взмолилась она тихим голосом:

— Сжалься, муж мой и господин, не вели отвечать мне на твой вопрос.

Но спросил король её сызнова:

— Правдивы ли, жёнушка, слова мои?

Задрожала королева, как лист осиновый, прошептала, едва не лишилась чувств:

— Не губи несчастную, дозволь смолчать.

Насупил брови король, сверкнул очами соколиными и в третий раз спросил:

— Правду ли я говорю?

Встала королева с места почётного и сняла с головы драгоценный венец, и сказала она с болью в голосе:

— Я люблю тебя, муж мой, люблю всей душой, но солгать не могу даже из любви.

Нет на то сил моих человеческих. И скажу, не тая, что открылось мне. Правды нет ни грана в твоих словах, есть одно лишь коварство жестокое».

Я отложила книгу и несколько минут сидела с закрытыми глазами.