Река времен

– Что думаете? – тихо по-самирски спросил товарищей Асмаррах, стараясь, чтобы охрана не заметила даже движения губ.

– Нужно ждать, сегодня с нас не спустят глаз, – так же тихо отозвался Кайлас.

– Кто бы подумал, что этот юнец такой мстительный! – сплюнул Мархаш.

Остальные молчали. Добавить было нечего.

– Надеюсь, нам удастся выбраться. Но если бы я мог изменить прошлое, я бы поступил почти так же, – угрюмо заключил царевич.

На этот раз промолчали все.

Через несколько часов, когда совсем стемнело, Энмер навестил пленников собственной персоной и принес еду.

– Я бы хотел поговорить с тобой, царевич Асмаррах, – произнес он, наблюдая, как воины осторожно приближаются к пленным.

– Я бы рад, – весело отозвался предводитель самирцев, – но, как видишь, связан. Да и окружение не располагает, гнуса многовато.

Он выразительно посмотрел на свои стянутые ремнями ноги, а потом на царевича. Намек про гнус тот явно не понял, забавно.

Энмер усмехнулся и приказал двум воинам развязать веревки. Асмаррах с трудом поднялся на затекшие ноги и тоже скривился в ухмылке.

– Благодарю, – произнес самирец, с интересом глядя на хоннитского царевича. – Хочешь разговаривать здесь?

Энмер привел его в большой походный шатер. Царевичей неотлучно сопровождали четверо крепких воинов, они безмолвно встали за спиной у пленника, готовые пресечь любую попытку побега.

– Ты голоден? – спросил самирца Энмер, опускаясь в легкое плетеное кресло у уставленного едой небольшого столика.

– Благодарю, – тихо ответил пленник. – Но со связанными за спиной руками это неудобно, а обещать, что не сбегу, не буду.

– Видимо, ты сыт своей гордостью, – хмыкнул Энмер и принялся за еду. – Тогда стой и слушай. Я решил, что завтра же вас отправят в Хонт. Там у тебя будет достаточно времени, чтобы подумать, стоило ли оскорблять меня. Имел ли ты право занимать мое место? Хватит ли у тебя сил помешать мне тогда?

Теперь юноша уже не так старательно сдерживал свои эмоции.

– Я никогда не прощу тебя за то, что ты занял мое место в тот день! – с тихой ненавистью прошептал он почти в лицо самирцу. Асмаррах криво усмехнулся. Как же ему хотелось рассказать этому мальчишке, что он уже проиграл.