Река времен

Заодно и проверим, как на меня отреагирует стража, а через приоткрытые створки все замечательно видно.

Животные блаженно лежали под большим тростниковым навесом совсем недалеко от ворот, мирно жуя сено. Их длинные ноги были поджаты, а шеи сложены. На этот мир верблюды высокомерно взирали своими большими карими глазами, а холеные бока были старательно вычесаны и покрыты попонами. В своей прошлой жизни я не только видела верблюдов, но даже почти месяц ездила верхом по пустыне, так что сейчас больше смотрела не на них, а на свою обычно очень правильную служанку.

Женщина была явно поражена, ну, а когда уж один из них встал на свои мохнатые ноги – ахнула:

– Вот страшилище-то какое! Защити Всеблагая, такое убежит, это же сколько ужаса!

– Почему страшилище, посмотри, какие у него глаза! Они же красивые как у ребенка, – удивилась я. – А шерсть у них теплее козьей и овечьей.

– Ой, все-то вы теперь, сиятельная, знаете! А чем же этого зверя кормят то?

– Сама смотри, ему даже крыша сгодилась! – хохотнула я.

– Ай, и правда, вот же наглый! – возмутилась моя служанка, наблюдая, как один из верблюдов, с выражением чрезмерного презрения на морде, поднялся и начал методично жевать солому навеса.

Стража у ворот нервно косилась в нашу сторону, но даже заговорить не осмеливалась.

Решив, что на сегодня развлечений достаточно, мы поспешили домой, где ждала старая Иба с вечерней трапезой.

***

Прием снова был роскошным, но хоть на лестнице стоять не пришлось.

Я, снова закутанная как мумия в цветастые тряпки, на этот раз встала на пару ступеней ближе к отцу, а за моей спиной примостился Энмер.

С какими бы намерениями ни прибыл к нам наследник самирского владыки, а знать в лицо своих соседей он должен. Энмер тоже подтвердил, что один раз видел царевича Саурата.

– Он приезжал к нам пару лет назад, когда самирцы покорили Сахет. Заверяли отца, что дальше их войска не пойдут. А глаза у этого Саурата так и бегали. Мне не понравился этот человек, я не ждал бы от него добра.

– Мне тоже не нравится, что подобные гости зачастили к нам, – согласилась я. Прознай такие воинственные соседи о том, что задумал отец, – разорвут.