Отражения

Слишком уж соблазнительным выглядел зимний сад — мраморный зал, просторный, со стеклянной крышей и белыми колоннами, по которым вверх поднимался вьюнок.

Здесь пахло цветами и сочной зеленью, здесь журчал фонтан, пели птицы, запертые в золоченых клетках, здесь была маленькая круглая площадка — замечательно ровная, не споткнешься.

К тому моменту, как они оказались здесь, Кармиль начала скучать. В отличие от Луизы Эстеллы, которую убранство дома Вортигернов и их коллекция гобеленов и статуй тоже интересовали мало, Кармиль и не думала скрывать свою скуку.

Леди Бронкль делала ей замечание, не раз и не два, потому что воспитанная леди в гостях должна вести себя скромно. У Кармиль это вызывало лишь улыбку — сладкую и покорную, в уголках которой пряталась скрытая дерзость. Кармиль затихала на минуту, опускала густые ресницы, а потом, стоило ей почувствовать, что Джейна смотрит в другую сторону, начинала все снова.

В зимнем саду их ждала передышка, совершенно необходимая после блуждания по галереям и коридорам, увешанным портретами Вортигернов, батальными полотнами и сюжетами охоты в ангрийских лесах. Луиза Эстелла, кажется, даже вздохнула с облегчением, и сразу занялась разглядыванием птиц в клетках и цветов на клумбах.

Но Кармиль, переглянувшись с Ивейном, хлопнула в ладоши — и вот Изалотта Гедвиг ходит по саду с завязанными глазами.

Леди Бронкль любезно одолжила им свой шарф из темно-зеленой, очень тонкой шерсти.

Тонкие руки Изалотты осторожно тянулись туда, где, как она думала, кто-то стоял — там и правда была Кармиль, но ускользнула, беззвучно и плавно. Летиция что-то прошептала на ухо Луизе Эстелле, и та хихикнула.

Изалотта тут же повернулась на звук, ее брови нахмурились, губы сжались в тонкую линию.

Все дурили ей голову, подумала Амелия, потому что Изалотта Гедвиг была самой маленькой и беззащитной среди фрейлин.

Амелия догадывалась, что, возможно, Изалотте приходилось врать, чтобы скрыть следы мелких преступлений других девушек.

Была это ошибка леди Катарины, или мать намеренно выбрала этого жалкого утенка, чтобы фрейлины не перегрызли друг другу глотки, Амелия не бралась судить.

Она осторожно подошла к Ивейну и дернула его за рукав.