Отражения

— Ай, — сказал Ивейн Вортигерн, улыбаясь. — Вы очень меткая, моя принцесса.

Игра закончилась.

Кармиль, настороженная, как почуявшая опасность лисица, подошла ближе, словно Ивейн Вортигерн, в этом зеленом плаще поверх синего сюртука, расшитого серебром, и в треуголке, украшенной фазаньим пером, был не юным аристократом, с которым они уже сталкивались на балах, а принцем Иной Стороны, коварно явившимся, чтобы похитить одну из девушек, посмевших играть в его владениях.

Остальные девицы столпились в стороне, смущенные и любопытные, и правда похожие сейчас на стайку птичек, которую напугал спустившийся с неба коршун.

Амелия, впрочем, смущалась не меньше. И не только потому, что попала снежком в грудь лорда Ивейна.

— Я не хотел вам мешать, — сказал юноша, кланяясь Амелии и Кармиль и кивая остальным девушкам. — Но, боюсь, выступаю вестником событий не радостных. Близится время вечернего чая, моя госпожа, к которому я и приехал, и ваша матушка, герцогиня Альбская, взволнована тем, что вы где-то задержались.

И рискуете опоздать к началу, ведь к чаю следует... вытащить снег из волос.

Девушки захихикали.

— Премного благодарна, лорд Ивейн, — ответила Амелия, чуть задрав подбородок. — Сожалею, что вас использовали, как слугу, чтобы позвать нас.

— О, я сам решил позвать вас, — ответил он. — И опередить лакея, который идет сюда. Не думаю, что леди Алексиана Мэйв и ваша матушка будут счастливы узнать, что принцесса проводит время веселее, чем разрешают учебники хороших манер.

— Вы наш рыцарь, лорд Ивейн, — сказала Сьюзен Далтон.

— Благородный и смелый, — подхватила Луиза Эстелла Лакос.

— И красивый, — закончила Хеллена Арбор.

Остальные закивали и захихикали, все, кроме Изалотты, смотревший себе под ноги, словно Ивейн Вортигерн мог ослепить ее.

***

Конечно, пришлось объяснять матери, почему подол юбки промок, а на пальто налипли снежные катышки. Она, конечно, сердито поджимала губы и почти грубо заставила Амелию снять с себя все, кроме сорочки, и посидеть у камина, пока ласковое тепло не согрело ее.

И выпить чашку отвара, в которую плеснули немного горькой травяной настойки. И выслушать отповедь: не злую, но раздосадованную, суть которой сводилась к тому, что настоящие леди играют в прятки не так и явно не прячутся под корнями деревьев и в сугробах.

Никто не выдал.

Ни Ивейн, ни тем более Кармиль, ни одна из девушек, но после вечернего чая, на который Амелия все-таки опоздала, гулять их не пустили.