Отражения

Амелия, увлеченная романом, который принесла ей леди Джейна, подчинилась с неохотой. Она не так давно проснулась и сидела сейчас в кресле, поджав ноги, одетая в легкое утреннее платье и бархатный халат. Тканевые туфли были слишком светлыми и слишком нежными, чтобы идти в них через пыльную тьму.

Но Кармиль настаивала.

— Ты должна это увидеть, — сказала она тоном заговорщицы и пояснила: — Матушка выбирает тебе подруг.

— Подруг? — Амелия вопросительно наклонила голову. — Как можно выбрать кому-то подруг?

— Вот и увидишь!

Сестра смотрела на Амелию чужим, новым взглядом и брови хмурила совсем иначе, чем раньше.

Здесь, в Альбе, Кармиль словно отдалилась от Амелии — или Амелия отдалилась от нее, потому что вокруг Амелии вдруг стало слишком много всего. Они редко виделись один на один, даже перед сном, потому что Амелия слишком уставала за день. В учебной комнате она смотрела в книги и карты, а Кармиль — в окно, в парадных покоях и бальных залах им тоже было не друг до друга, и сейчас, этим по-ангрийски сумрачным утром Амелия поняла, что что-то случилось с сестрой.

Кармиль всегда была уверенной, себе на уме, и делала то, что хочет.

Сейчас в ее уверенности, в том, как она тянула Амелию за рукав, в ее голосе, в том, как она говорила это «матушка выбирает тебе подруг», в хмуром взгляде, в плотно сомкнутых губах читалось что-то новое. Взрослое. Упрямое. Угловатое.

Амелия подчинилась.

Она оставила книгу в кресле, потуже перевязала пояс халата — и шагнула в пыльную темноту.

Рука Кармиль была уверенной и твердой.

«Разве можно выбирать друзей?»

Кармиль вела Амелию смотреть на то, что ее, Амелии, непосредственно касалось. На то, о чем ей, Амелии, не собирались говорить.

— Фрейлин, ты хочешь сказать.

Шепот прозвучал слишком громко, и Кармиль обернулась.

— Тс-с! — она приложила палец к своим губам. — Веди себя тихо. Здесь, в отличие от Эривэ, очень тонкие стены.

***

Стены и правда оказались тонкими — все было отлично слышно. Видно — чуть хуже, но Кармиль нашла в стене маленькие дырочки, сделанные, видимо, специально для того, чтобы подглядывать за гостями. Леди Алексиана или ее предки, которые строили этот дом, как оказалось, тоже были любопытны. Отсюда, из темноты, была видна голубая гостиная — место встреч с гостями, не всех, а лишь тех, на которых решались важные вопросы.