Отражения

Правда, называть Кондора «дорогим» и дружески целовать его в щеку она не стала.

— Не предлагаю тебе кофе, потому что ты его не любишь, — сказала она. — Но, думаю, леди Лидделл одна не справится со всем тем, что слуги украли для нее из парадной залы. Вилкой она не пользовалась, — Антея покосилась на меня с улыбкой.

Кондор не стал отказываться. Он подхватил вилкой пару кусков полупрозрачного копченого мяса.

— Как все прошло? — спросил он меня.

— Неплохо, — ответила я, решив, что, пожалуй, не стоит рассказывать ему о том, что было в коридоре.

Домой?

Нет.

— Побыстрее смыться отсюда, я понял, — волшебник все-таки налил себе кофе, в третью чашку, которая стояла на подносе, словно Антея предполагала, что или он, или Феликс воспользуются ею. — У меня совершенно то же желание. Спасибо, что присмотрела за Мари, — сказал он Антее. — И что провела меня в зал.

Антея развела руками и улыбнулась, на секунду прикрыв глаза:

— Всегда рада помочь тебе, — сказала она. — Мы с леди Лидделл неплохо провели время, и я буду ждать вас обоих завтра вечером, — она встала, провела рукой по юбке, словно стряхивала с нее невидимые крошки или пыль.

— Это «да»? — спросил он странно дрогнувшим голосом и наклонил голову набок.

— Это «мы с леди Лидделл обе решили, что “возможно, но нам нужно подумать”», — Антея подошла поближе к волшебнику и убрала прядь его волос за ухо.

Он кивнул, прикрыв глаза, и позволил.

Я смущенно отвела взгляд.

— Я была очень рада тебя видеть, Юлиан, — голос Антеи звучал глухо. — Надеюсь, это взаимно.

— Я тоже был рад тебя видеть, — ответил Кондор.

Как мне показалось — с неохотой, но не потому что врал, а потому что не хотел этого говорить.

Раздался шелест платья, тени переместились, и рука Антеи легла на мою голову.

— Вас я тоже была рада узнать, Мари, — сказала Антея, взъерошив мои волосы. — Надеюсь, завтрашняя встреча будет столь же приятной. Доброй ночи. Мои теплые приветы отцу и тетушке, Юлиан. И леди Тересии.

Она исчезла — не в парадных дверях, а в тайной.

Огонек над ее плечом был не холодным, блекло-синим, а оранжевым, как настоящее пламя.

Кондор перевел взгляд на меня:

— Предлагаю доесть то, что тебе принесли, — сказал он. Слишком весело, чтобы это было правдой.