Диадема Справедливости

− Какой любовник? Только что тебе говорила, это…

− Люк, − подсказал я.

− Да, Люк, из Волшебной страны! Мы же все обсудили! Мне надо будет съездить ненадолго к отцу, а потом я вернусь. Ты пока присмотришь за девочками – хорошо, что ты догадался их забрать.

− Бред! – громко гаркнул мужчина. Мэйла испугано сжалась, растеряно переводя взгляд с мужчины на меня. – Ты уверяешь, что разные эльфики, гномики и прочая чертовщина, существуют на самом деле, и ты должна явиться к их королю?

Я только покачал головой − цверги ненавидят, когда их называют «гномиками»! Между тем, он продолжал разоряться:

− Ты за кого меня держишь? За ребенка? Кстати, тебе самой не мешало бы иногда заниматься детьми, а не скидывать их на меня, сбегая с разными мужиками! Хорошо, Ада позвонила и сказала, что ей скучно – иначе они бы и дальше сидели в пустом офисе!

Его картонные вопли начали напрягать, поэтому я сделал два шага в его сторону, чтобы посмотреть в глаза… Он размахнулся для удара – я заметил, на руке не хватает одного пальца.

− Ты пойдёшь домой, хорошенько запрешь дом, и глаз не спустишь с детей! – чтобы гипноз подействовал, нужно говорить спокойным голосом. Он опустил руку, лицо приняло удивленное выражение. – И выставь охрану. Верлиоку на порог не пускать! То, что тут было, забудь! Твоя жена уехала навестить отца, должна скоро вернуться.

Он моргнул, приоткрыл рот, но не издал ни звука.

− Пошел! − мужчина послушно вышел за дверь и деревянной походкой направился по коридору. Мэйла во все глаза смотрела ему вслед.

− Что ты сделал?! – запоздало воскликнула она, − Зачем ты превратил Сергея в зомби?

− Ты что-то путаешь! − пробормотал я, беря её под локоть, − Зомби – это к вудуистам, а я из альвов. Ты действительно не говорила ему, откуда родом?

− Не смогла, − она опустила голову, − Видишь, как он реагирует! Я намекала, правда − говорила про легенды, сказки… Сергей прагматик, ни во что не верит. Он бы меня в психиатрическую лечебницу сдал, стоило продолжить настаивать.

− Но ты его любишь, − пробормотал я.

− Да, люблю! – с вызовом ответила она, − Он человек! А люди… Они честнее, что ли.

Я хмыкнул:

− Не могу не согласиться, особенно учитывая, что они преспокойно могут лгать, а мы – нет.

− Не передёргивай! Ты знаешь, о чём я.

Что уж там, конечно, знаю. Мы вновь выехали из города под звуки «Даст» Эндрю Морриса[1] − Мэйла «накрутила» неизвестную радиостанцию.