Диадема Справедливости

Почему-то эта песня пробуждает во мне чувство счастливого окончания хорошо сделанного дела – если бы это было так!

− Сейчас, конечно, самое подходящее время, чтобы открыться.

Она злобно сверкнула глазами, но промолчала. Да, хватит подколок, не то дама может передумать.

По мере приближения к порталу напряжение в салоне нарастало.

− В случае, если нас поймают, я скажу Верлиоке, что ты меня похитил, а Сергея зачаровал! – сказала Мэйла, − Тут ничего личного: дети и муж нуждаются во мне!

− Эх, женщины! Вероломные создания, − вздохнул я.

− Возьми из подлокотника деревянную голову, − подсказала Мэйла, − Нельзя, чтобы она осталась Верлиоке.

Таскаться с нею, конечно, неудобно, но рациональное зерно в этом есть: изучу на досуге, в спокойной обстановке – явно непростой предмет. Тяжелый эбеновый набалдашник некрасиво оттянул карман идеально сидевшего пиджака.

Мэйла вылезла на обочину, одёргивая платье. Я, наконец, заглушил двигатель, выбрался из удобного кресла, подстраивающегося под сидящего, аккуратно закрыл лоснящуюся лаком дверцу.

− Прощай, «Зверь»! Мы с тобой хорошо провели время! Даже немного завидую твоему хозяину! Жаль в Стране Вечного Лета такие как ты не живут! Там и дорог подходящих нет.

Вокруг стояла подозрительная тишина: наверняка, Сэм пришел не один. Я коснулся Спина – будь готов, друг, в любой момент вновь стать шпагой, а может, мечом – в зависимости от ситуации! Доставить бы Мэйлу к Двалину, а там они путь сами разбираются: между собой, с бандитами, мужем, детьми… Это не моя война! В коне концов, мне нужна лишь Диадема Справедливости.

Мы шли практически наощупь в сгустившейся тьме, луна ещё не взошла. Над нами светили незнакомые созвездия. Ночь была напоена запахами и звуками, непривычными для моих органов чувств. В мире железнобоких все ощущается словно сквозь пелену, как бы в урезанном варианте. Даже небо на родине выше и темнее, а звезды горят подобно маленьким диодным лампочкам – по сравнению с ними, местные можно приравнять к светлячкам в траве.

Мы беспрепятственно прошли несколько десятков шагов. Портал находился прямо перед нами: отчетливо видный моему альвовскому зрению правильный круг из поганок, в котором спокойно могли уместиться пятеро человек.