Астера. Химеры пустошей

Дорога заняла много времени – Алиса через каждые несколько шагов забывала, что ее спутница ничего не видит, и потом долго извинялась за каждое нечаянно выросшее на пути препятствие – от стены до зазевавшегося студента.

Зато Янка впервые за долгое время шла по коридору с человеком, которому доверяла. Ну, пусть, не полностью, не как братьям или отцу. Но была абсолютно уверена, что все столкновения произошли случайно. Даже стало немного жаль, когда их прерывисто-стремительное движение по коридорам Академии закончилось.

– Вот. Пришли! – бодро сказала Алиса и постучала в дверь, до которой Янка не успела даже дотронуться, не то, что принюхаться. – Входи!

Дверь открыла тоже сама Алиса, не дожидаясь ответа с той стороны. И громко, по-хозяйски позвала:

– Аааань! Мы пришли!

У Анны были твердые холодные пальцы. Духами она не пользовалась, а если бы пользовалась, то их все равно перекрыл бы невыветриваемый медицинский запах, царящий здесь. Немного похожий запах был в лаборатории, в которую Янку привел Мар Шторм.

Ее усадили в кресло и велели ждать. Было слышно, как Анна с Алисой зашли в соседнее помещение – стихли шаги, скрипнула дверь. Как будто нарочно, чтобы ей подольше мучиться неопределенностью…

Янка потерла глаза, в очередной раз убеждая себя, что «это» не навсегда. И что не нужно подозревать весь мир в злонамеренности. В конце концов, вон, у Алисы какой-то шов… может, ей правда помощь врача нужнее.

И вообще, если прошло столько времени, то минутой больше, минутой меньше…

Минул, казалось, целый час, когда дверь, наконец, скрипнула снова.

– Если узнаю, – голос Анны звучал сердито, но сердитым не был, – запру еще на неделю. Потому что кому-то нужно лечить не дырку в боку, а отсутствие мозга.

– То, что отсутствует, лечить бессмысленно! Да ладно, я обещала же. Буду тихо сидеть на лавке. Магией не пользоваться, тяжести не поднимать, ходить степенным шагом, Янка мне в помощь. Ян, я тебя в коридоре подожду!

– И дверь за собой закрой.

Дверь хлопнула чуть громче, чем было необходимо.

– Сложно с ней, – пожаловалась Анна.

Янка дипломатично промолчала, и тут же дождалась объяснения:

– Сестра моя. Младшая. А тебя, значит, Ворон из пустошей принес…

– Ворон?

– О, когда Шторм еще не был преподом и выглядел, как человек… но он и тогда уже страстно любил черный цвет. Отсюда и прозвище. Марику, впрочем, к лицу. Ладно. Давай посмотрим, что у тебя с глазами.