Глубокие Темные Волны

Ньюлен, предсказуемо, одета скромно. У нее совершенно простое платье и вовсе никак не акцентированные глаза – впрочем, ей и не надо, в этом мягком желтом свете фонариков они и сами по себе темные-темные, как бездны. Зато на губах у нее золотисто-голубой, в цвет украшениям в волосах.

— А я говорю, Ньюти, они все всегда врали. На самом деле никто так не живет – в нашем Адаране, по крайней мере. Правда, это не совсем даже возможно. У каждого есть маленькие грешки.

— Это я всегда знала. Но ведь дело не в том, кто живет, а кто нет.

А в том, что в твоем исполнении это было легко и… реально, я не знаю.

— Я с детства это изображаю, смеешься? Конечно, я делаю это правдоподобно.

Неста рассмеялась, обнимая его со спины.

— Кто это тут признается, какой он хороший лжец?..

— Несси! – Дайн обернулся к ней с улыбкой и совершенно очевидно засмотрелся. – Ты выглядишь… этот зеленый напоминает о цветах, но ты сияешь ярче. Твои глаза меня прожигают насквозь.

— Это был адаранский комплимент, ведь так? – поинтересовалась Ньюлен.

— Он неприличный?

— Нет. Я восхитился решениями кассиды и тем, какую мы получили выгоду – имея в виду спасение мира, разумеется.

Ее сердце стучало как безумное, сжималось, когда она смотрела на Кисэйла. Она готова была слушать его вечно, смотреть на него вечно.

— Увы, я немного научилась разбираться только в неприличных, — сказала она со смехом. Дайн наклонился и шепнул ей на ухо:

— Неприличные комплименты я готов говорить тебе хоть до утра.

А затем он потянул ее за руку на небольшие полянки, где играла музыка.

Втащил в танец, закружил под арками с цветами и гирляндами, и она со смехом утонула в его прикосновениях. Его горячие руки касались открытой кожи на ее спине, и она не могла перестать думать, что он мог бы коснуться ее не скрытого платьем живота или ног, не скрытых благодаря разрезам на юбке.

Они кружились и смеялись, и он брал для них старогриновое вино. Сегодня она не боялась пить с ним, и сегодня она не собиралась отпускать его ни на один миг.

— Знаешь… — сказал он Несте под вечер, когда они остались чуть поодаль от остальных.

Он уже не был таким причесанным, но его это не волновало. – Мне нравится, когда твой голос – это первое, что я слышу утром.

Тепло растекалось по ее телу. Она прикрыла глаза, позволяя ему обнимать себя со спины, и слушала шум ночных волн.

— Оставайся, мой рыцарь, — мурлыкнула она, прижимаясь затылком к его груди. — И так будет всегда.

— С тобой мне не страшно даже вернуться в Адаран.