Виват, мой генерал!

День был душным, и к ночи вполне мог разразиться грозой, но я к такому не привыкла.

– Не спите там, – пока я размышляла о своей судьбе, в нутро кареты заглянул солдат в форме Лимерии. От желтоватого света фонаря лица людей приобрели необычные черты, исказившись тенями.– Показывайте бумаги.

С дрожащим сердцем вытянув из кармана сложенный вчетверо листок, я протянула его суровому мужчине. А вдруг для того чтобы пересечь границу, нужны другие бумаги? Я никогда об этом не думала, только теперь сообразив. Сбежав из дворца и запрыгнув в карету, я просто радовалась что все  так удачно сложилось.

Словно подтверждая мои мысли, солдат несколько раз перечитал мои бумаги, прежде чем передать их обратно. В его лице было какое-то сомнение и тревога, отчего хотелось укрыться платком, словно это могло спрятать от его беспокойства. И все же, мужчина сложил листок и подал его мне, хмуря брови.

– Куда направляетесь?

– К тетушке, – голос стал высоким, противным, и пришлось откашляться, чтобы не звучать как пила.

– Она у меня приболела, так матушка велела проведать.

– Место как называется?

– Деревня Силявки, – наугад выдала я, припомнив знакомое название и чувствуя, как замирает сердце.

– Никогда о такой не слыхал, хотя тут уж лет пять как служу,  – еще более подозрительно хмурясь, недовольно буркнул солдат, рассматривая меня уже куда внимательнее.

– Э, Дерон, оставь молодку, – старуха, что до этого дремала рядом, вдруг открыла глаза, глянув на мужчину ясно  и прямо,– Их Силявки, это наши Синюшники будут.

Не видишь, и так волнуется, впервой из дома одну отпустили да еще и так далеко, а ты напираешь. Тебе что, дел больше нет? Браконьеры никак закончились, али контрабандой никто больше меха  наши к Жуану ихнему не тащит? Отчапись от девки!

– Матушка Ларо, вы бы не бухтели. Работа у меня такая,– почесывая в затылке, стушевался стражник.

– А ты дурью не майся! Девка понравилась – так сватов засылай. Если Марены своей не боишься. А как боишься, так не держи нас.

Время к ночи, а нам еще дороги кусок.

– Ладно, – поджимая губы, недовольно буркнул стражник, отдавая мне бумагу. – Езжайте.

И все же, прежде чем захлопнуть дверцу кареты, мужчина глянул на меня недобрым, внимательным взглядом.

– Спасибо, – тихо и искренне шепнула я старухе, что тут же заклевала носом в полумраке, стоило нам двинуться.

– Ась? Да не бери в голову, дочка. Он стражник-то не злой. Бестолковый токмо. Бандитов не ловит, а на тебя, вон, глаз кинул.