Кошка Белого Графа

Фигурка в шаре была слишком маленькой, чтобы рассмотреть подробности, однако в жизни женщина вряд ли станет подражать кукле…

Есть ли у Нежи власть над снами?

— Светлые боги никогда не давали оборотням своих личин.

Отец передёрнул плечами:

— Всё когда-то бывает в первый раз. Эта девица вошла в твой сон легко и незаметно, как истинный фантум.

— Возможно, она просто бездумное орудие. Мы оба знаем, как боги умеют играть с людьми.

— Только не дай милому личику ввести тебя в заблуждение, — опершись о подлокотники, отец наклонился вперёд.

Он поглядел на заснеженные ели, на мягкие хлопья, беззвучно летящие с высоты — из ниоткуда в никуда.

— Я хотел предупредить тебя, Рауд. С некоторых пор в сон-эхе дворца появились странные оттенки. Нет оснований подозревать злонамеренное воздействие. Там каждую ночь засыпает слишком много людей, и магов в том числе, колебания эха неизбежны. Но мне это не нравится.

***

Всё было, как прежде — карета, волчья шуба. И я в кошачьем теле. Вроде бы и мига не прошло, но от кучера и его тулупа остался один запах, под полозьями бодро пел снег, звенели бубенчики. В окна лился тихий дневной свет, отражаясь от начищенных сапог графа.

Даниш-Фрост сидел напротив — нога на ногу, руки скрещены на груди.

— Неважный из тебя захватчик чужих тел, — произнёс он с холодной усмешкой. — Как и из меня — допросчик. Позже попробуем ещё раз, а сейчас тебе надо отдохнуть и подкрепиться.

Не знаю, как насчёт души, но тело и правда одолевала слабость. И не та, какая случается от усталости после долгого бега по снегу и бессонной ночи на лютом морозе. Эта слабость была, как после тяжёлой болезни — словно из меня выпили саму жизнь, оставив лишь чуть на донышке. Не хватало сил даже на то, чтобы как следует испугаться, а на злость и подавно.

Поэтому, когда граф поставил передо мной тарелку с паштетом из гусиной печёнки, я не стала гордо фыркать ему в лицо, хотя в глубине души и хотелось, а привстав на дрожащих лапах, передвинулась к краю дивана и лизнула мягкую, жирную, божественно ароматную розоватую массу.

Свяна, что за вкус! Теперь я понимаю, почему богачи смотрят на нас свысока. Тот, кто каждый день ест такое чудо, должен ощущать себя небожителем.

Я опомнилась, только когда опустошила тарелку — ещё и крошки языком слизнула.