Одарённая

— Давайте будем обращаться друг к другу на «ты» и без официального обращения. Что скажете? — Арчер внимательно следил за лицом Селены: ее щеки окрасились в яркий румянец, а взгляд она не решалась поднять.

— Я поддерживаю это предложение.

— Тогда до вечера, Селена.

После этого обращения, произнесенного тихим, нежным голосом, она больше не смогла прятать взор и, подняв голову, ответила:

— Удачного дня, Арчер.

Глава 4

До встречи с Арчером оставалось достаточно времени, чтобы собраться с мыслями и обдумать свое положение.

По ее мнению, все короли отличались жестокостью, алчностью и себялюбием. Это подтверждали исторические книги, которым Селена в свое время уделяла много внимания. В Арчере она пока этого не видела и не знала, проявятся ли эти качества вообще. Девушка готовила себя к ужасной помолвке с человеком, которого бы презирала всей душой. Но король оказался не таким. Возможно, ее суждения не были столь объективны, как ей хотелось бы, ведь она не привыкла к вниманию молодых людей. Но думать об Арчере оказалось приятно.

Воодушевленная этими мыслями, Селена шла за слугой в свои покои.

Как и было обещано, ей принесли завтрак, а позже к ней пришел помощник Арчера, чтобы обсудить, когда она будет проходить занятия, которые навязала ей леди Эстер.

Только с этим покончили, как к ней явился слуга от матери короля, который передал девушке, что леди Эстер ждет ее появления в своих покоях немедленно.

Селена желала сгладить углы в их отношениях, но она пока не представляла, как это сделать.

В гостиной, куда ее проводил слуга, сидели сама леди Эстер и четыре дамы разного возраста. Всем своим видом каждая из них выказывала свое высокое происхождение: вздернутый подбородок, пренебрежительный взгляд и уверенная осанка. Селена присела в реверансе, с почтением склонив голову.

— Как я вам говорила, здесь много работы. От гардероба и макияжа до манер — все просто ужасно, — леди Эстер сразу огласила свое мнение.

— Вы правы, — ответила дама средних лет, сидевшая на диванчике. — Юная леди, знаете ли вы, что явиться в столь неподобающем виде ко двору его величества есть вопиющее оскорбления для него самого и для всех придворных?

— Я не знала, что мой внешний вид может оскорбить вас, — мысли о мировой развеялись в прах.

— Здесь вам не дешевый трактир, и вы должны понимать, что и близко не соответствуете придворной моде.